Ловушка для траппера

Бандит отпрыгнул, прикрываясь коротким мечом в правой руке. Однако Кле не дал ему перегруппироваться. Удар мечом и отрубленная рука с топором отлетела в сторону; еще удар и меч глубоко засел в боку жертвы. С этими всё.

Воин уже не смотрел на своего противника, он весь превратился в слух, зрение, обоняние и, замерев в одной позе, лихорадочно ощупывал своими чувствами окрестности. Здесь был кто-то еще. Кто-то Посторонний. Вот уже несколько лет он следует за Кле, где бы тот ни находился, и ни разу его не удалось обнаружить.

Его не видно и не слышно, ни запахом, ни тепловым излучением он не выдает себя. Неясное ощущение присутствия, слабый намек – вот и все. Будто сама тень материализовалась и стоит у него за спиной. Через минуту и это ощущение рассеялось.

Когда обмякшее тело, истекая кровью, осело, Кле постоял немного, выравнивая дыхание. Поле боя, как всегда, осталось за ним. Оружие врага его не коснулось, это хорошо. Да, в общем, и противники оказались не слишком серьезные. Бой продолжался не больше минуты.

В который раз Кле с подспудной тоской обозрел себя изнутри. Не было ни гордости, ни удовольствия, как до стычки не было страха. Только пустота, совершенная пустота…

Сколько лет он прожил? Может, двести, может, пятьсот – у эбрайлов не принято считать годы. И всегда, сколько было памяти, повторялось одно и то же. Но теперь довольно скитаться без цели, довольно убегать от самого себя.

Давно, когда Кле был еще молодым наемником в Кулаке какого-то князька, один отшельник, мнемон – хранитель истории – поведал ему о могущественной цивилизации, существовавшей на планете много тысячелетий назад.

Смутная мысль, и не мысль, а неосознаваемая тяга, осталась в его душе от той встречи. Возродить былую мощь эбрайлов, объединить их одним общим стремлением. Теперь он был готов начать свой великий поход. Заполнить сосущую пустоту бытия.

За эту жизнь Кле успел послужить наемником у многих хозяев. Участвовал и в захватнических княжеских походах в качестве простого бойца.

Он не понаслышке знал, что жизнь – это война. Но у каждого должна быть своя война! Значит он победит, или…

Кле всегда выделялся среди других наемников. Бился всегда с неистовостью берсерка, казалось, он отдает битве всего себя, свою душу. Редкого противника не пугал какой-то особенный мрачный огонь, горящий в его глазах во время боя. Недаром его прозвали Ау-Манс – «Тёмный огонь». Для Кле это имя было прочно связано с отчаянием. Всё бессмысленно и бесполезно.