Соленая душа

Я не хочу быть причиной его насмешек, не хочу оправдываться, не хочу, чтобы он думал обо мне как о ничего не понимающей дурочке.

Возвращаться к этим ощущениям рядом с ним я тоже больше не хочу! Они пугают меня! Он пугает меня! Мое дыхание только недавно наконец стало ровным. Я не понимаю, как управлять такими процессами во мне. Я выбираю – сбежать.

Именно так я поступала, когда была маленькой и была в чем-то виноватой. Я бежала. И пряталась.

Мне казалось, что если взрослые меня не найдут, то и ругаться не будут.

Я могла подолгу закрываться в ванной или стоять во дворе за домой, лишь бы только оттянуть момент возмездия. Момент, когда все точки ставят над i.

Меня хватило лишь на одно сообщение.

«Привет, я занята, прости. Если будет время – я позвоню сама».

Больше я не звонила.

Глава 3

Встреча двух личностей подобна встречи двух химических элементов. Реакция может и не произойти, но если произойдет – изменяются оба.

    Карл Густав Юнг

Январь 2010 года.

Середина самой длинной учебной четверти. Заканчивался последний урок.

Сегодня я сидела за партой сама, Ната заболела и осталась дома. В такие дни я чувствовала себя одиноко, будто какой-то важной части меня не хватало. Но учебу для меня никто не отменял, поэтому, вздыхая и зевая, я послушно ждала звонка.

За окном шел мелкий снег. Деревья стали серыми и голыми. Ударил мороз. Стало совсем тоскливо. Эта картина придавала моему настроению обработку минорными красками.

Учительница всемирной истории спорила с кем-то из моих одноклассников.

На доске висела огромная карта, стены были увешаны портретами великих полководцев, а синеватый дневной свет создавал ощущение, что мы находимся в медицинском учреждении, а не в школьном классе.

Стрелки на часах еле ползли. Я изо всех сил старалась не уснуть. Мне было холодно. Я уже мечтала, как приду домой, вкусно поем и заберусь под огромный пушистый плед с расцветкой леопардовой кожи, который маме подарили коллеги в день ее рождения.

Мои веки предательски закрывались, голос женщины у доски был просто колыбельной для моих ушей. Она говорила монотонно и медленно, хоть это было и не свойственно ее характеру, но, видимо, сегодня, она разделяла настроение погоды и не меньше нашего жаждала окончания этого образовательного выступления.

Наконец зазвенел звонок. Он напоминал мне звук вокзала. После него не хватало лишь оповещания кондуктора: «Провожающие, покиньте вагоны».