Родить по контракту. Игрушка миллиардера

Глядя теперь на это стройное, подтянутое и поджарое тело, с накачанными мускулами, легко угадывающимися под тканью легкой бежевой футболки, я думала только об одном, что должна как можно скорей подарить ему ребенка. Но в то же время опасалась, что ничего из этого не выйдет. И не потому, что я была бесплодной. Просто – у Андрея, до меня, уже было несколько жен, и ни одна из них ему не родила. Так могла ли я надеться на что-то подобное? Хотя, время еще было: мне девятнадцать, ему – тридцать пять…

– Если забеременеешь, крошка, – не удостоив меня даже поцелуя, обещал Андрей, равнодушно покидая постель после секса, – я, может быть, даже женюсь на тебе.

Ты ведь этого хочешь, не так ли?

– Да кто ж не хочет… – вздыхала я.

– Или ты получишь свои восемь миллионов, и тогда сможешь купить себе все, что только пожелаешь.

– Я постараюсь, – смущенно улыбалась я, стараясь уловить хоть тень нежности в его глазах. Но взгляд был недоступен, мой властелин, как обычно, смотрел в другую сторону.

– А пока… Извини, но у меня нет ни времени, ни желания заниматься такими глупостями.

– Я не настаиваю, – сказала я как бы в пустоту. Потому что Андрей меня уже не слышал – хлопнув дверью, равнодушно ушел.

Да, все получилось слишком уж по-глупому. И хотя я и получила в свое распоряжение богатство, как бы была хозяйкой жизни. Но – до поры до времени.

Вместо свадьбы была официальная и сухая договоренность. Вместо родителей – чужие люди. Вместо свадебного платья – дорогущие шмотки, сделавшие из меня, по сути, куклу.

А главное – подпись я поставила не на том бланке, где подтверждалось то, что я и Андрей отныне муж и жена, носящие одну и ту же фамилию и распоряжающиеся общим состоянием, нет. Это был Контракт, согласно которому я должна буду родить мужчине ребенка, и только после этого смогу претендовать на свою долю и какое-то личное пространство. А до тех пор – полное подчинение и зависимость, необходимость спрашивать и просить, ставить в известность и согласовывать каждый шаг. Золотая клетка, вот куда я попала. Но приходилось привыкать, так как выбора у меня особого не было – обратно в деревню, или хоть и подневольная, но все-таки роскошная жизнь в столице.

И даже после такого откровенно унижающего пренебрежения – мной, как женщиной, которая будет носить его дитя, я с наслаждением потянулась в постели, ощущая на теле шелковую ночнушку. Оставшись одна, я просто млела от постигшей меня удачи, стараясь не думать о том, что будет дальше.