Атлант и Зевс. Мифы и сказания

И океанида Климентина – ее вечная соперница, не удержалась, спросила:

– Почему ты молчишь? Разве Кронос не должен знать об этом ребенке? С кем же ты, так боровшаяся за справедливость, остаешься? С матерью, с братом или с этим младенцем, от которого еще неизвестно что можно ждать?

Ни звука не произнесла Фемида, ей больше нечего было сказать. Она понимала, что мать и жена спасли младенца, не позволили ему сожрать ребенка. А не в этом ли и была настоящая справедливость.

Фемида вспомнила об их свергнутом и уже забытом отце.

Тогда она и отправилась к Кроносу. Верховный был странно ласков и мил. Никогда прежде не видела таким Фемида Кроноса, и немного растерялась.

– Многое от меня скрывают мои близкие, – говорил Кронос, – и чует мое сердце, что это плохо кончится. Благодаря им я стал глух и нем в своем же царстве. Мне неведомо то, что творится в моем мире. Вот они и тебя подальше отправили, чтобы что-то сотворить, если бы знать что. Но я хочу, чтобы ты была рядом, ведь ты не станешь лгать и что-то скрывать от меня.

Так он и приблизился к Фемиде, чтобы пристальнее взглянуть в глаза. Ему хотелось увериться, что богиня на его стороне. Она зла и нетерпелива, но она нужна ему больше, чем все остальные, вместе взятые.

Фемида чувствовала, что Кронос настраивает ее против всего остального мира, но что она могла с этим сделать? В чем состоит справедливость? В первый раз она как-то не понимала этого….За его троном гордо стояла Рея. Она казалась белее стены. Она догадывалась, что жуткая сестрица парой слов, может быть не только опаснее всего остального мира, тогда погибнет спасенный ребенок и надежды на то, что этот мир можно как-то изменить.

Она столько зла может сотворить, и считать, что права во всем.

Фемида скользнула по ней взглядом, поняла, сколько всего случилось в мире, пока ее тут не было. Но Фемида не собиралась помогать ему, уж лучше сделать вид, что она ничего не ведает. Молчание может оказаться гибелью или спасением, с какой стороны на все это взглянуть. Не только о незнакомом ребенке, но и о собственном сыне думала в тот час Фемида.

Ведь Прометей наверняка отвернется от нее, узнав, что она своей правдой кого-то погубила. Между коварным братом и милым сыном, не колеблясь, она выбрала именно Прометея.

Рея окаменела, она все еще не ведала, чего можно было ждать от Фемиды, снова вторгшейся в их жизнь.

Кронос смотрел на них обеих и хотя с трудом, но понимал, что если есть что-то ему неведомое, то на этот раз он ничего не узнает точно.