Баллады, сказки, мифы, сны. Мифомистика 21 века

Но Киев иль Москва теперь столица,

Не угадать, все укрывает мрак,

И князь летит, вдали мелькают лица,

Кому-то послан тот победный знак.

Он черной меткой станет на рассвете,

Болото проглотило спесь и власть,

Но в этот миг еще луна осветит

Его любовь, надежду, боль и страсть,

– Олег, – зовет Рогнеда изнывая.

И тот, кто станет на Руси святым,

Сегодня брата молча убивает,

А Киев ждет, и он летит за ним.

Раздор крепчал, и купола Софии

Хранят века тот ядовитый ад,

Когда и Русь, не ставшая Россией,

Смотрела, как на брата несся брат….

Все в мире неизменно, понимаю,

И молча изнывает Святослав…

Рогнеда сыновей опять рожает,

Их много, кто ж там прав или не прав?

Мне снится князь, за миг до смерти снится.

Не прекратится дикая вражда.

Она в веках печальных отразится,

И в душах остается навсегда

Уснул дракон во тьме

Вахтангу

Уснул дракон во тьме моей души,

И дремлет страсть, о прошлом не жалея,

Труды и дни все так же хороши,

С людьми сходиться стало тяжелее.

Печаль погасла как к утру камин,

А радость разгореться не сумела,

И в стане позабытых мной мужчин

Гуляет смерть отчаянно и смело.

И больше нет Купальского костра,

Но чаще зажигаем в храме свечи,

А может мне туда уже пора,

Страдания, как шаль, обнимут плечи.

Дракон проснется и попросит пить,

Вина ему грузинского достану,

Мы просто будем в этом мире жить,

Как прежде жить, тревожно и устало.

Там молодые боги на заре

Спускаются с небес к костру земному,

А он еще в душе не догорел,

Еще чуть-чуть и разгорится снова…

Он умер лет сто назад

В тишине перед рассветом

тихо плакала гитара

Над растравленным поэтом,

над погибшим адмиралом.

Кровь семнадцатого года

в наших душах отзовется,

В тишине перед рассветом,

снова реквием прольется.

Август там не знал пощады,

он и нынче так тревожен,

Нам Матильды не прощают,

убивая осторожно.

И безумная Лолита

прет сегодня в депутаты,

Там творцы давно убиты,

и за них дают награды.

Сумасшествие такое

здесь реальностью зовется,

За кометой, за звездою снова

– снова кровь прольется,

Тихо плакала гитара,

жрица снова танцевала,

И внимал ей Ирод старый,

все решив начать сначала.