Богиня тьмы Никта. Мифы и легенды

По какому праву он не остановил ее?

Царь метался по своему огромному дворцу, не в силах понять, что ему дальше делать. Он боялся даже думать о мести богу, но своей дочери он легко мог отомстить. Его покой и честь были раз и навсегда нарушены, и царь не оставит этого просто так.

№№№№№№№№№

Левкафия же ни о чем не подозревала, когда выбежала к своему возлюбленному.

Тут Гелиос и столкнулся с ней. По его взгляду она поняла, что ему все известно. И не зная, как ей поступить она на миг замерла на полном лету.

Она лепетала что-то о том, что погублена и ей не на что больше надеяться. Бедная, бедная нимфа.

Глава 11 Трагедия

В небесах повисла тишина.

– Пусть так, – рыдала нимфа, – но я ни о чем не жалею, и рада тому, что меня пронзил своей стрелой амур. Я не смогу разлюбить тебя, что бы ни случилось.

Предательница – нимфа слышала всю эту пламенную речь. Она устыдилась своего скверного поступка, но было слишком поздно. Но исправить ничего она не смогла бы, даже если бы и захотела.

Потрясен услышанным был и сам Гелиос. И он замер неподвижно, не понимая, что ему делать дальше. Но стражники уже настигли царевну по приказу грозного царя, бросили ее к ногам разъяренного отца.

Царь не видел даже самого Гелиоса, за ними с небес следившего.

Нимфа в ужасе спряталась. Она не сомневалась, что ее поступок вряд ли одобрят даже те, кто ей до сих пор сочувствовал и хорошо к ней относился. Глядя на страдания девицы, она особенно скверно себя чувствовала.

Но в глубине ее души томилась злорадная радость, от которой она не могла отмахнуться.

– Отомщена, – вырвалось невольно у нее.

Но разве девица, брошенная к ногам отца, не должна была думать о том самом?

Девица эта пошла на все, потому что она хорошо знала своего отца, и не могла надеяться на его милость.

– Я любила, и буду любить Гелиоса, – говорила она упорно глядя на отца своего, словно испытывая его терпение, – ты можешь убить меня, но я никогда не откажусь от него, не забуду о нем, мне не нужен никто другой.

Мне легче от своей жизни отказаться, чем от него.

Царь взирал на нее, словно безумец. Он понимал, что проиграл и бессилен даже перед собственной дочерью, что уж говорить о боге самом?

– Закопайте ее в песок на глазах у всех, – взревел он, – пусть ее возлюбленный о ней позаботится, а я больше ничего не хочу.

Царевна и слышала и не слышала все, что он говорил.