Дети богов. Герои. Мифы и сказания

Но безответная любовь лучше, чем пустота и холод мертвой души богини войны. И вот тогда Афина позавидует этому чудовищу.

Вот и пусть Афина бесится от ярости. Уж если Медузе суждено потерять голову, то от любви, а не от ненависти, как богине войны.

№№№№№№

Афродита знала, что у них всегда любовь шла в ногу с войной, недаром ее главным возлюбленным был Арес. Но если любовь победит, то это и станет самым главным ее достижением в ее жизни. Вот и пусть в душе чудовища царит любовь, а в душе этой пустой красавицы не останется и следа от страсти, только прах, смерть, ужас.

Разве так будет не справедливо?

Афина вглядывалась в прекрасное лицо богини любви и пыталась угадать, о чем же та думает, что замышляет, но понять так ничего и не могла.

– Поживем, увидим, Персей принесет мне голову Медузы, а все остальное не важно, – размышляла она, пристально разглядывая Афродиту.

Но богиня лукавила. Раз уж она столкнулась с Афродитой, та придумает что-то и сотворит с ними со всеми нечто страстное.

Но пока об этом лучше не думать, она не собиралась становиться пленницей любви. Афина свободна и счастлива. Счастлива, потому что свободна и она не собиралась изменять себе, не смогла бы, даже если бы и захотела.

ГЛАВА 6 ПРЕДСКАЗАНИЕ ЦАРЮ АКРИСИЮ

Царский пир прервался неожиданно.

Ничто не предвещало беды. Никто не думал, что эта странная богиня раздора Эрида вдруг нагрянет к нему в гости.

А никто и нигде ее не ждал. Эрида приходила неожиданно, и в душах гостей вызывала замешательство и страх.

О, царь, она звалась Эрида…

Смертный, даже если он считает себя потомком Посейдона или Зевса, ну хотя бы Гермеса, вовсе не обязан знать в лицо всех богинь. Тем более они так изменчивы, так непостоянны. А богиня Эрида вообще многолика и неузнаваема. Ее и Зевс не всегда узнает, или просто делает вид, что не узнал, что же говорить о смертных?

Царь Акрисий понятия не имел о том, что накануне он уже сталкивался со вздорной девицей (она тогда мало была похожа на богиню), и сказал что-то резкое о том, что она не так молода и не так прекрасна, как хотелось бы ему, ну для того, чтобы взять ее в наложницы.

Девица должна была разрыдаться от горя после таких слов, а она расхохоталась, да так, что зашуршали листья на деревьях, и птицы в испуге закружились в небесах.