Дети богов. Герои. Мифы и сказания

За что же можно было карать двух таких восхитительных молодых людей? И какое дело богам до этих юных влюбленных?

Ничего не предвещало беды, только туманные слова старухи, которая правда, никогда не лгала, но от зависти она могла что-то забыть и перепутать, и все тогда будет совсем по-другому.

Пир продолжался до самого утра. Все были свободны и счастливы. И только молния, нечаянно выпущенная Зевсом, странно осветила место счастья и блаженства. Правда, потом он утверждал, что просто хотел отметить это торжество салютом, но у него немного неловко это получилось.

Но недобрые знаки полоснули по душам самых чутких из гостей на той свадьбе. Но Орфея и Эвридики в тот момент уже не были среди веселившихся гостей.

А когда утром они вернулись к гостям, им о том никто ничего не рассказал, не хотели тревожить их заранее, решив, что все должно произойти в свой срок, а пока не стоит о таком и думать.

Но тень беды – молния, выпущенная Громовержцем, витала где-то совсем близко.

ГЛАВА 2 СОПЕРНИЦА

Эти двое, неожиданно встретившись, были по-настоящему счастливы в те дни. Только счастье во все времена было таким мимолетным и непрочным созданием божьим, что на него невозможно было положиться.

Так повелось в мире, и с этим невозможно было спорить. И так много было в этом мире людей обездоленных несчастных, считающих, что они тоже достойны счастья, но не получают его потому что мир устроен несправедливо. Они верят, что если не сидеть, сложа руки, а хоть что-то для этого предпринять, то легко можно самому все устроить.

Эта нимфа была прекрасна, и если бы не ее стервозный характер и вечная зависть даже в мелочах, то она, наверное, больше преуспела. Но она была создана такой, вот и поставила перед собой цель – стать женой сладкогласного певца. Она была потрясена, когда горячо ею любимый Орфей женился на этой дурнушке-простушке Эвридике.

Увидев молодую жену своего возлюбленного, она только пожала плечами и спросила у своей подруги:

– Чем она, интересно, лучше меня и что такого он в ней нашел?

– Любовь невозможно объяснить. А он любит ее, – просто ответила та.

– Но до ее появления он любил меня, – капризно напомнила отвергнутая, с такой страстью выдавая желаемое за действительное.