Геката – богиня ночи. Мифы и сказания

А она возвращалась к себе на золотом своем драконе, когда внизу заметила странно взволнованную Амфитриту, и какую-то пленительную незнакомку, раньше она никогда и нигде не могла ее видеть

.– Афродита, – удивленно произнесла она, – ты пришла, мы ждали тебя, конечно, но не так скоро.

– Тебе пока беспокоиться не о чем, – отвечала ей богиня, даря лучезарной улыбкой, – твой Одиссей не появился на свет.

Цирцея и сама знала, как будут звать ее главного возлюбленного, от которого она решится родить сына, но откуда это могло быть известно той, которая в мире этом всего несколько часов остается? Хотя разве что-то можно скрыть от богини любви.

Цирцея с грустью думала о том, что все достанется молодым богам, титаны уже немного притомились жить, им, проведшим без любви лучшие свои годы не интересно и не важно то, что она может им дать. Хотя у них и была вечная молодость, но новизна чувств исчезла, они много знали и ничему не удивлялись более.

– Ты собралась изменить наш мир? – между тем спрашивала у Афродиты Амфитрита, она чувствовала опасность.

– Конечно, вместе со мной придут новые девы, они смогут смело заявить о том, что не хотят становится рабынями своих мужей, да и сами мужья им совсем не нужны. Они будут развлекаться, принадлежать сами себе…

Она не договорила чего-то, и Амфитрита это почувствовала.

– Им совсем не нужны будут мужчины? – осторожно спросила она.

– Ты мне хочешь этих бессердечных мужеподобных амазонок навязать, таких, как твоя племянница Артемида.

Но я вовсе не о них говорю, а о прекрасных и обольстительных, таких, за которой любой Посейдон побежит и все отдаст за то, чтобы провести с ней ночь.

Вздрогнула снова Амфитрита, она предчувствовала что-то подобное, только никак это для себя объяснить не могла, но богиня любви даже не скрывала того ужаса, который она собиралась в мир принести.

– Это не ужас, а радость, – оборвала ее она, – потому что они должны когда-то отдыхать от вас и развеять скуку.

Представь, ты одна, а у вас впереди бессмертие, да он взвоет и убежит без оглядки или влюбится в какую-нибудь Цирцею, да и к ней на остров переберется. А я говорю о легком увлечении, о страсти, которая так быстро проходит, что от нее ничего больше не остается, это ведь прекрасно.

Странные вещи происходили в тот день на морском берегу.