Князь Михаил Тверской. Князья и воины Древней Руси

И не знал он главного, в каких мирах обитают их грешные души.

– Не пошли они за мною, – сокрушался князь Владимир, черт их попутал, да наобещал всяких прелестей невиданных. И не придется мне с ними встретиться, и спросить с них не за что будет.

И понимал он, что все не так пошло, как ему думалось и хотелось того. И было тут самое скучное и пустое место в мире.

№№№№№№№

Но если рай мог представляться адом, то каким же адом должна была казаться тогда жизнь на земле под татарским игом. И хотя теперь татары не сжигали целые города, потому что и жечь уже было нечего, а с руин много ли дани возьмешь, но и орда к тому времени разделилась на части.

Каждая из ее частей поддерживала разных князей, а торговая, чисто купеческая Москва стала упорно бороться с благородной и мощной Тверью.

Многие стали понимать, что это не просто борьба за великокняжеский трон, это борьба за души русичей, за уклад, который восторжествует после победы, за путь, которым они пойдут дальше.

И споры эти не возникали бы еще какое-то время, если бы не умер в те дни страшной смертью князь Андрей, и как-то по-другому все могло разрешиться, но гибель вырвала его из рядов яростных борцов с Московским миром, а князь Михаил Тверской должен был по – праву занять великий стол Владимирский.

Но никак не мог с этим смириться его племянник, москвич Юрий Данилович.

Был он силен, молод и богат, а если бы не было в нем столько пылу и жару, то может быть Демон завести не охватил бы его душу с такой яростью.

Демон скучал, он не любил людей, считал их ничтожными, не достойными его внимания, но с ума сходил, видя, что делать ему нечего, вот и поспешил хоть как-то развлечься.

Он уверял себя, чтобы не предпринял, большего урона, чем тот, который был, нанести уже не сможет. Почему бы не испытать силы на ком-то из князей. Ну хотя бы на этом мальчишке, ненавидевшем того, кто внезапно стал Великим князем и ради этого готов был на все. А главное, если по предсказаниям Москва все равно станет столицей, то отчего и ему не поучаствовать в этом действии.

Нет, он готов был броситься в сражение, засучил рукава и принялся за дело. Тем лучше будет для народа, земли их будут освобождены, а ради этого и поддержка татарская сгодится. А потом тяжкий подвиг их станет святым, как дед его Александр, будет он достоин великого предка своего.

Такие соображения вскружили честолюбивые помыслы Демона, а упрямство двинуло вперед, к новым свершениям.