Королева снегов. Елизавета Ярославна

Она не собиралась, не хотела оставаться в мире, где были повержены боги предков. А потом вместе с отцом они отправились проводить Предиславу, она сидела около костра, и рассказывала ему какие-то истории, он внимательно слушал и дивился тому, что слышал. Она уверяла его, что зрела настоящую русалку.

– Она всегда была тут, – торжественно говорила Елизавета, – у нее очень красивое имя русское Берегиня.

Ярослав улыбнулся, он еще раз убедился в том, что в этой девочке для него заключен весь мир. Но и ее скоро придется проводить в дальний путь, вот об этом он думать не хотел, хотя кому, если не ей быть королевой.

А она уже говорила о заповедном лесе и его обитателях. Ярослав удивленно поднял брови.

– Откуда тебе о нем ведомо? – спрашивал он

– Мы были там с Предславой, незадолго до ее отъезда. Они обижаются на то, что ты в последнее время там вовсе не появляешься, а ведь и в твоей душе они живы по-прежнему, я знаю о том.

– Живы, – словно эхо повторил он, – только тогда, когда я был с ним, я был только Новгородским князем, но так много воды утекло с того времени, они остались в моей душе, это правда, но теперь я просто так не могут там появляться.

Я должен поддерживать этого бога. Это мучительно, это очень тяжко, но что делать. Отец мой наделал много глупостей, но я нынче не могу вернуться к старому, как бы ни хотел того.

Она жестом остановила его, не требуя ничего ей объяснять, как совсем взрослая женщина, она и без того ему верила. Не она ли недавно говорила Анне, что не все во власти человека, не все капризы исполняются, так что теперь о том думать и говорить? И она решила поговорить с ним об Анне.

– Ты совсем забыл о другой дочери своей, отец, она одинока и несчастна, – услышала Елизавета странный голос и не узнала его – это говорила в ней Рогнеда.

Ярослав удивленно взглянул на нее, он услышал голос матери. Но решения своего не переменил:

– Ей надо привыкнуть к этому, так будет всегда

– Почему ты так говоришь?

– Потому что так будет.

– Может ты и прав, не стоит привязываться к кому-то всей душой, тогда будет очень тяжело расставаться.

Все может рухнуть в тот миг.

Он не стал спрашивать, откуда ей это известно, потому что давно был посвящен в эту тайну. Он просто смотрел на свою дочь, и видел то ее, то мать свою любимую, а потом взирал на огонь. Он думал снова о разлуке с ней и знал, что ни одна женщина не заменит ему дочь. И он хотел умереть в тот момент, когда Елизавета покинет княжеский дворец.