Коляда, Снегурочка, Ярило. Молодые боги и кот Баюн

Оставалось только гадать, жив ли он еще или уже мертв, тогда ведь и снеговика напрасно громили, мог бы так и до весны постоять.

Емелю все-таки вытащили из Снеговика. Но каким он несчастным казался, без слез не глянешь в тот момент, и стали растирать и отогревать

– Ты прям как красная девица, – ворчал кот, – обычно их Змеи прячут, а богатыри находят. А у тебя все наоборот получается, тебя спрятали, сберегли, вместо тебя черт в камень превратится в объятьях старика, а тебе хоть бы что, будто тебя это не касается.

Емеля за словом в карман не полез:

– Черт знал, что он творил, это я невинная жертва, – заявил он почти в отчаянии, – меня кто-то спросил, чего я хочу, что мне любо, а что протвно?

– Не такая уж и невинная, – огрызнулся кот, – все сидишь и придумываешь что-то свое. И так и надеешься всех вокруг пальца обвести.

И надо сказать, что сердился Емеля напрасно, потому что он не знал, что случится в ближайшее время, а именно тогда появился Змей в сером небе, словно на голову им свалился, цапнул Емелю, и только они его и видели.

Такой Змеевой наглости не ожидал не только волк, но даже и кот.

Он смотрел на свои пустые лапы, где только что Емеля был и сплыл и потом посмотрел в небеса, где парил Змей с парнем в руках и произнес какое-то очень нехорошее слово.

– Вот так, от одного спасли, так второй свои лапы протягивает. Долго Василисе придется ждать своего жениха.

Он сердился на кота и волка. Но тут появился Змей, как с неба упал. А он и на самом деле свалился с небе, и именно за чем, чтобы украсть Емелю, стоило им только отвернуться.

Интересно, кто его послал и зачем ему этот парень понадобился. Никогда сроду Змей мужиков не воровал, ну если только девицу какую прихватит, не более того.

Коту и волку казалось, что они ходят по кругу и никак не могут вернуться на круги свои. Ну как же все это было странно, и надо еще спасти Емелю из лап Дракона, в простонародье змея. Казалось, что никогда для них суета эта не закончится.

– Мне кажется, мы так никогда до праздника не доживем, – изрек кот, у него был такой печальный вид, словно он готов был разрыдаться.

И наивные бы поверили в то, что так все и есть.

– Да ладно тебе, сколько у нас было всего такого, как – то же обходилось, и тут вытащим Емелю из драконьих лап и подарим праздник этому миру, это я тебе сказал.

Кот промолчал, хотелось верить, что так это и будет, но от надежды, которая умирает последней уже мало что осталось

22 Просыпаться или не просыпаться.