Коляда, Снегурочка, Ярило. Молодые боги и кот Баюн

Там трудно понять, куда он за водой ходил, иногда кот про озеро рассказывает, иногда про реку, из воды выловил одним слово, и та самая щука обещала исполнить его желания, чтобы снова свободу обрести.

Но в то время, когда сказка сказывается, еще не было никакой щуки. И наш добрый молодец только начинал расти да матереть, не особо напрягаясь, работу черную делать он не спешил, решив, что это за него сделает кто-то другой. А все лежал на печи да мечтал, что придет кто-то и все за него и сделает вдруг, а щука ли это будет или какие другие помощники, это ему без разницы.

Но случилось в пору ожидания и еще одно происшествие, как увидел он царевну Василису, так в нее и влюбился сразу.

Емеля и сам еще не понимал, что это любовь его так сразила вдруг, ничего он о той любви не знал и не ведал сроду. Как гром среди ясного неба выскочила она и на него свалилась. Но была и еще одна беда – сама Василиса знать его совсем не хотела. Не смог Емеля наш первого впечатления на девицу произвести.

А оно бывает только один раз. Права, на ошибку тут нет и быть не может. Емелю Василиса невзлюбила, а если так случилось, то хоть волком вой, хоть волка на помощь зови, все равно ничего изменить не сможешь, как все было, так и останется в этом мире.

Волка Емеля так и не дозвался, не довылся, а незваный Дунай на помощь пришел, он всегда поблизости от Василисы был, и услышал их разговор. Василиса говорила громко, она ведь дома у себя была, чего ей бояться?

Тогда Дунай решил вступиться за Емелю.

Сам не раз в такие переделки попадал.

– А что ты к нему так относишься, он вон в тебе души не чает, только и старается тебе на глаза попасться, – стал наступать он на Василису.

– Он бы лучше старался каким делом заняться, на что мне такой жених сдался, – передернула плечами Василиса.

Ей сильно не понравилось то, что ее любимый Дунай не на ее стороне, а на Емелиной оказался.

– Тебе не угодишь, меня ты тоже никогда не жаловала, а сейчас какая-то симпатия появилась.

Может и с ним стерпится-слюбится, еще рада счастлива будешь.

Дунай пытался быть миротворцем, словно это такая просто задача была, когда ты с упрямой девицей дело имеешь.

Прямо взорвалась и ногой топнула Василиса:

– Да как ты смеешь, ничего у меня не стерпится, ничего не слюбится, знать я его не хочу, видеть не желаю. Перед тобой я просто капризничала да вредничала, а он мне не нравится, и чем дальше, тем больше.