Мой любимый призрак. Городские мифы

А младший, о нем ничего не было видно и слышно, но в случае с ним всегда есть повод для беспокойства, так было с самого детства – парень был любимчиком всех родичей, потому страшно избалован. Сейчас если что-то изменилось, то в худшую сторону.

Но он не собирался каркать, пока тихо и хорошо, этот первый вечер на земле, не может же тут все сразу и случиться. Не может, всему свое время.

– Она любила меня и сейчас любит, я это чувствую, – повернулся он к Рыжему, желая услышать подтверждение своим догадкам.

Певший с упоением Ники, слушавшая его завороженно Лиза оставались далеко. Они не могли услышать этого разговора. И это тоже показалось Элю обидным. У него никогда не было соперников, не должно их быть и сейчас. Ведь говорят же, что мертвые безупречны, и живые им всегда проигрывают. Почему с ним все не так?

Да и кто этот среднего роста плотный, седой тип, что в нем вообще есть такого, чтобы Лиза могла запасть на него? Ну разве что он живой, но он понимает все свои минусы. Она говорит о стихах, но тут он ничего не понимал совсем, оценить талант его не мог.

Хотя наверняка ничего особенного в нем нет, это просто повод познакомиться с дамами высокого полета.

– Ты не можешь дать ей главного теперь, того, ради чего она и потеряла голову, – напомнил Рыжий.

Его немного бесило то, что Эль не хотел думать о самом главном, сколько ему о том не напоминай, все одна песня.

– Но любовь – это не только интим, не только секс и близость, это близость и иного порядка тоже.

Сколько говорят о родстве душ.

– Не только, – согласился тот, – но что бы тогда от нее осталось, если бы его не было по каким-то причинам. А родство душ, скоро ты убедишься в том, как оно мало значит. Только о душе не тебе говорить и не мне слушать, – резко прибавил бес.

– Как это тогда секса могло не быть? – удивился Эльдар.

– Ну увлекался бы ты мужиками, например, на девиц не обращал внимания.

– Что за бред ты несешь, какие мужики, так как любил женщин я, их никто не любил.

Я сам удивился, когда вдруг на Лизе остановился. А сколько их было, ведь это наваждение какое-то.

Эль понял, что признался в самом главном, об этом он никогда прежде не говорил, странный выдался вечер.

– Ну надо же было тебя хоть как-то остановить, – усмехнулся тот, намекая на то, что и там он поучаствовал.

Блефует, не стоило даже внимания на то обращать. Но ведь могло быть и так, Эль действительно не понимал, что его тогда остановило.