Мой любимый призрак. Городские мифы

Последняя записка адмирала, полученная ею в тюрьме, тоже сохранилась: «Конечно, меня убьют, но если бы этого не случилось – только бы нам не расставаться».

Когда его спросили о последних желаниях, он попросил, чтобы позволили проститься с ней. Ему не позволили. Большевикам никогда не было дела до чувств. Любовь была им неведома. Тогда он попросил передать жене в Париж, что благословляет сына.

Она слышала, как его уводили и видела в волчок его серую папаху среди черных людей, с которыми он уходил.

. А наутро тюремщики прятали глаза, когда переводили ее в общую камеру

Я позвала коменданта и спросила его: « Скажите, он расстрелян?» И он не посмел мне сказать « Нет» « Его увезли, даю вам слово» – ответил он. И солгал, они всегда и всем лгали и кривили душой. Адмирал мог миловать своих врагов, большевики никогда не делали этого – это была для них непозволительная роскошь.

Полвека не могу понять —

Нельзя ничем помочь.

И все уходишь ты опять

В ту роковую ночь

Но если я еще жива,

Наперекор судьбе

То только как любовь твоя

И память о тебе

Рассказывали, что когда на берегу Ангары построилась расстрельная команда, адмиралу предложили завязать глаза – он отказался.

Остался прям и непреклонен.. Существует еще одна легенда, с ним связанная:

Адмирал спросил у своих палачей, какое звание у человека, который будет командовать расстрелом

Комиссар

В армии такого звания нет

Тогда в рядах палачей произошло замешательство.

Они были поражены, когда услышали о том, что он принял на себя командование собственным расстрелом. Если это и легенда, то о большевиках, которых ждала позднее такая же участь, подобных легенд не слагали. Даже мертвый адмирал пугал своих врагов. Тела свезли на санях на реку и утопили в проруби. Тогда ему было только 45 лет

Это случилось 7 февраля 1921 года, мир рассыпался в прах, и Россия перестала существовать. Иван Бунин в своих записках отмечал, что настанет день, когда имя Александра Васильевича Колчака будет вписано золотыми буквами в учебники истории.

Говорят многие палачи и в Иркутске и в Омске видели тень адмирала. Он стоял печальный и бледный среди всеобщей разрухи, и не было ни одной души, способной понять его и помочь ему.

Давно сгинули в своем аду те, кто пытался изобразить его кровожадным чудовищем. Они упорно хотели сделать его подобным себе.