Нам не страшен Хэллоуин. Волшебные хроники

Кот в это время был занят делом, он следил за тем, как украдкой, ночами, гоблин вместе с Соловьем украшали заповедный лес к празднику, помечали места для мышей и котов, отмечали разноцветными ленточками те ветки на деревьях, куда должны были садиться ведьмы, когда они на праздник пожалуют. На первый взгляд все это было незаметно, но как только появились черти с Ажбетой, они сразу же увидели, как все изменилось в лесу до неузнаваемости.

– Кто это наши деревья перевязал и зачем, – спрашивали черти у Матвея и Митрофана, а те только отмалчивались.

Ведьма возмущалась, все время повторяя, что нельзя на минуту лес оставить, вон что там происходить начинает. Она отправилась к коту и Яге и стала с ними говорить о том, что и как нужно сделать для того, чтобы все не стало слишком уж плачевным в ту самую ночь, о которой столько было сказано.

Кот предложил для Яги тыквенную голову смастерить, но сама она только рассмеялась.

– Это пусть люди и домашние духи утешаются такими головами, а у нас с тобой свои на плечах пока еще есть, нам тыква уже никак не поможет.

Кот с ней согласился, только все-таки прибавил.

– Но Ажбете я самую большую тыкву притащил с чертом Федором вместе, она у нас одна, а ты и не представляешь, сколько ведьм нагнал этот орел, даже если бы она была самой могущественной в мире, с ними со всеми ей все равно не управиться.

Яга все хорошо представляла, но особенно о том не переживала.

Одним словом, в ту позднюю осень не только в царстве Гороха, но и в заповедном лесу кипела бурная жизнь.

№№№№№№№№№

Не находил себе места в царском дворце и медвежонок Остап. Как только он обнаружил, что ведьма Ажбета пропала, а ежик рассказал, куда она пропала, так и стал он расхаживать по дворцу и думать, что же им делать дальше.

– Да не мельтеши ты перед глазами, – остановил медвежонка Балда.

Он успел уже изучить его, и понимал, что медведь был совершенно необычный, к нему особенный подход нужен. Правда, Балда был уверен, что добрыми намерениями дорога в Пекло стелется, но кажется, к Медведю это не относилось, у него добрые такими и оставались, а злых словно и не существовало вовсе.

В общем, медведь был сделан из особенного теста. Балда не стал бы утверждать, что он уже успел полюбить Остапа, но точно мог сказать, почему его так любят все вокруг и так с ним носятся эту пару лет молодые боги…

А ведь они встречали его с восторгом, охраняли, передавали друг другу, когда одним приходилось уходить, а другим возвращаться на землю.