Мы встретимся снова. Мифомистика 21 века

Интересно, если бы на его месте оказался император. Все было нелепо и глупо. Но как только она вспомнила об императоре, тут же рассмеялась. Нет, она бы не стала ревновать его. И в один миг девушка излечилась от всех своих бед и страданий и стала спокойной и невозмутимой.

А вот Аякс после этого никак не мог успокоиться. Он не мог работать, он смертельно устал от всего пережитого: ее слезы, внезапное появление и исчезновение – это было нечто запредельное, но странно его волновавшее.

Ему казалось, что он обидел ребенка и после этого не мог успокоиться.

– Она больше не придет, – подумал он, и грусть захватило душу его в свои тиски. И ему было не все равно, как он не старался себя успокоить, он наконец понял, как много она значила в его жизни.

№№№№№№№

А в это время император Андриан озирал восхищенным взором Египетские просторы. Здесь на этот раз все было на удивление тихо и мирно. Не было даже сумасшедшего раба, с которым он мог столкнуться. Но еще более удивило его другое, даже древности и красоты Египетские его больше не радовали.

– Старость, она крадется по пятам.

От таких мыслей стало грустно и тягостно жить и дышать. И девушка в храме, там, где он царил, неожиданно проступила на усыпальнице фараона. Он никак не мог понять откуда взялось это видение, но оно неотступно следовало за ним и не оставляло его в покое.

Он не помнил ни жены своей, ни надоедливых наложниц, и только она оставалась рядом с ним, повсюду за ним следовала.

Возможно, его задел ее рассказ о блестящем Филиппе, и ему захотелось, чтобы и его кто-то так же любил. А девчонка показалась ему даже важнее его любимца Антиноя, которого в тот момент он отправил подальше, что крайне удивило юношу. Он почувствовал страшную опасность и запаниковал с невероятной силой. Ему так нравилось беззаботно жить рядом с императором, и исполнять его маленькие прихоти, получая за это так много, все, о чем он мог только мечтать, а если это закончится, оборвется в один миг?

У императора были слабости, он благодушно прощал их себе, но она, что позволяет себе творить она?

Он, как и сам Зевс, больше всех любил Ганимеда, а не Геру, и это было скорее достоинством, чем недостатком, но теперь все как – то вдруг переменилось, и она делала его простым смертным, скинув в один миг с Олимпа.

№№№№№

И наступил день, когда всадники на берегу встречали своего императора. Оживление росло по мере того, как приближался корабль к берегу.