Найди своего Медведя. Славянские мифы и сказания

И не просто видел и слышал, он так разозлился на Илью, что чуть не лопнул от злости. И на самом деле этот странный парень, который с первого появления только и делал, что убивал его и всячески издевался над ним, так он еще и решил, что это Соловей во всех его белах виноват, о чем теперь и трещал на каждом шагу.

Нет, с обвинениями он сталкивался и прежде, конечно, да и сам был не подарок, но где же та самая справедливость, о которой вещали все духи, куда она исчезла, а самое главное, была ли когда-то в этом мире.

Соловей не помнил, чтобы она существовала, а что касается его самого так ведь это можно сказку ужасов писать, и все будет правдой. Вот об этом несчастный Соловей, то ли призрак, то ли нет, он уж и сам до конца ни в чем не был уверен, разговаривал теперь с Серым волком.

= А что он сюда явился не запылился. Мужика моего спас, кто его просил о том?

– Никто не просил, было указание царя Гороха, вот и нес он тут службу, – отвечал Волк.

– А мне и на царя этого и на богатыря плевать, я с ними не только привидением, но скоро поэтом сделаюсь, и что за чертовщина такая?

По его зову несколько чертей появились из-за кустов и стали озираться по сторонам.

– Вот и черти пожаловали, а ты все один да один – сразу же заметил волк. Соловей только тяжело вздохнул, однако ничего не сказал в ответ. Он знал, что черти сегодня мелькнули, а завтра их не дозовёшься.

– Ты бы лучше посмотрел за своей Болотницей, – взвыл волк, – если бы не она, то ничего бы Соловей не сделал, уж поверь мне на слово.

Соловей насторожился, потом стукнул себя по лбу ладонью.

– И как я мог забыть про эту негодницу, она всегда мне хотела отомстить даже с любым Лешим связавшись, а уж с этим красавцем Ильей, так и Лешего своего продаст.

– Да ладно, ты не горячись, Ний говорит, что все делается к лучшему, нужен он тебе, чтобы кормить и почить его, пленник – это такая страшная морока, с ним лучше не связываться.

– Да не утешай ты меня, я был Соловьем Разбойником, а теперь любой упырь надо мной потешается, и своим меня считает.

– Ну не любой, наш Фрол к тебе очень хорошо относится, кстати, где он, что-то далеко я его не видел и не слышал.

– Вот радость – то великая с упырем дружить.

– Ты упырями – то не бросайся, а то совсем один останешься, вот тогда точно взвоешь, я же не могу тебя тут сидеть и охранять денно и нощно.

– Не можешь, – согласился Соловей и так тяжело вздохнул, что чуть не упал с ветки дуба. Но все-таки не упал и то ладно.