Олимпийские страсти. Тайны лабиринта

И он в пещеру деловито

Явился средь своих друзей,

И жрец еще смотрел сердито:

– Скажи мне имя. – Я Тезей.

– Бери же меч. И он хватает

И меч покорен в первый раз

– Что это значит? Вырастает

Афинский царь здесь среди нас

К нему с почтением и страстью

Все обратились в этот час.

Он наделен особой властью.

Живет царевич среди нас.

И только мать его тоскует.

Она совсем не хочет знать,

Что выбрала судьбу такую

Для сына, только вспоминает

3.

Как в час суровый на закате

Пришел к ней радостный Гермес;

– Молчишь, скучать я вижу, хватит

Пришел твоей тоске конец.

И вот теперь куда-то надо

Его до срока провожать.

Афины – страшная награда

Когда он к ней придет опять?

Но только усмехнулся отрок.

– Я Посейдона гордый сын.

И здесь остаться неохота.

– Пойдешь туда? – Пойду один.

И он ушел, луна белела

Была пленительная ночь.

Дриада о печали пела,

Но торопливо шел он прочь.

4

За ним следила Амфитрита.

Пыталась разглядеть во мгле

Порой лукаво и сердито

Сын Посейдона на земле.

В Афинах шумное гулянье,

Царица дивная мила…

Медея все таит признанье —

Она царицей стать смогла.

И пусть он стар и так печален,

Во всем подвластен ей Эгей,

Она других не замечает.

Но что там вдруг? – Пришел Тезей.

И вздрогнет – это так опасно,

Принес его, наверно, Зевс.

И что же, снова все напрасно.

– Не может быть, чтоб он исчез.

5

Но где-то в тишине за гранью

В печали ждет она одна

Того, угрозу мирозданью.

Медея в ярости бледна.

Отрава страшная готова,

Но Афродита не спала.

Волшебница влюбилась снова —

Медея влюбчива была.

И кубок падает в пустыне,

И где-то в суете дорог

Она и он – они отныне

Едины, разлучить не мог

Никто Медею и Тезея,

И сколько б дев и сколько б жен

Не шли за ним в туман, не смея

Перечить, дерзок и смущен

6.

Пред нею, словно бы мальчишка,

Тезей все ждет свиданья с ней,

И страшной тучею нависла

Медея средь других царей.

Она порою уходила

И возвращалась в этот час.

Она порой была строптива,

Порой покорна – веры глас

И ярости ее прозренье:

Все было в ней, и только с ним

Летит Медея легкой тенью

И шепчет: – Вместе мы сгорим.

А что царевич- смел и дерзок

Тот Посейдона дивный сын.

– Что это было? Только Детство

Когда впервые ночи с ним,

7

Она проводит на закате

Забыв и царство и царя.