Новогодние сказки кота Баюна. Сказки заповедного леса

Бегите домой быстрее, пока снегом вас тут не занесло, – приказала им богиня.

Но увидела Жива, что бежать они не могут, повернулась к волку. Девицы от зверя отпрянули. Но она усадила их на его широкую спину:

– Здесь недалеко, отвези их, да не потеряй по дороге, а мы тебя на перекрестке встретим.

Волк подчинился богине, но искоса на Ния поглядывал. Тот молчал.

Кащей злился на Ния, почему тот не остановил богиню?

– Это волк вас спас, а Старик, чуть до смерти не заморозил, -говорила им Жива на прощание.

Кащей злился все сильнее, но поделать ничего не мог.

Жива повернулась к Нию. Каким-то тихим и покладистым он был нынче; неужели ее танец так его очаровал?

Короток зимний день, но она все успела сделать: и потанцевать, и девиц спасти.

– Пусть поживут немного, заберешь их потом, я больше вмешиваться не стану.

Волк домчался до перекрестка, а Ний рассказывал Живе и Кащею о том, как он вместе с волком оказался и о том, какой волк добрый и заботливый.

Метель стихла. Из -за туч выглянула луна.

Сказочная метель

В метели рождаются белые сказки.

И чудные рифмы витают там снова.

Какие-то звезды, какие-то маски.

А мир так прекрасен и дивно взволнован.

Как будто мы снова любовь и страданья

Оставили где-то в ту тихую осень.

На холст этот белый, наносим признанья,

Любимые лица спокойно наносим.

Откуда, скажи, вдохновенье такое?

Оно – миллионы веселых снежинок.

И белая, белая полночь спокойна.

Поэтов и муз там опять поединок.

В метели стихают печали, и злоба

Нам кажется глупой пустою забавой.

А ты от земли оторваться попробуй,

Чтоб в небо умчаться за верой, за славой.

Какие-то звезды, какие-то маски.

А мир так прекрасен и странно взволнован.

В метели рождаются белые сказки.

И чудные рифмы витают там снова.

Жил да был кот Макар

Жил да был кот Макар. Наверное, с этого и надо новую сказку начинать.

У нас она началась немного по-другому, но ошибку исправить никогда не поздно. И лучше поздно, чем никогда.

И был кот Макар не простым котом, а рыжим. И жил он не доме каком-то обыкновенном, и даже не в особняке царском, хотя и туда его судьба забрасывала, а в самой главной избушке на курьей ножке. Хотя ножка эта была довольно внушительных размеров, и могла она поворачиваться к лесу задом, а к герою передом. Конечно, если герой знал слово какое заветное, и ласково мог попросить.

Ну а если нет, пеняй на себя.

И стояла, она как все знаю в лесу заповедном.