Подозреваются все. Литературный детектив

Тут с каждым встречным и поперечным дружбы водить не станешь, да просто поговорить и пива попить – проблематично. Они не могут себе позволить много из того, что для нас легко и просто.

Так это настоящие генералы. Наш же считал, что язык доведет до Киева, а друзья всегда пригодятся, и чем больше их, тем вес генерала больше.

Удивительным было то, что в друзья к нему лезли вовсе не многие, как можно было в начале предположить. Но несколько (один, если быть точным) друг у него все-таки был. Такой симпатичный дядька, уже пенсионного возраста.

Тогда на пенсию уходили в шестьдесят и многие до нее доживали. Он еще и стихи писал и на гитаре отлично играл, и был вполне умным и талантливым на самом деле, хотя не на столько, чтобы рассмотреть нашего героя и послать его так далеко, чтобы больше никогда не увидеться в этой и любой другой жизни.

Откуда взялся Влад Энгельс, сказать трудно. Этого бы вам даже сам наш генерал точно не объяснил, рассказывал он об их знакомстве каждый раз по —разному. И рождалась все новая и новая легенда о таком историческом знакомстве.

Но все видели, что этот симпатичный, и не глупый (на первый взгляд) седовласый красавец и на самом деле все принимал за чистую монету и знакомством с нашим генералом гордился по-настоящему.

Что привлекло к нему человека развитого во всех отношениях, творческого, хотя и занимавшегося бизнесом? Красноречие, и умение сочинять средние, но казавшиеся на слух почти гениальными стихи. А самое главное везде и всюду только их и произносить монотонно и нудно, но так, что уже не остановить его никогда.

Он упивался своим сочинительством, и готов был поцеловать себя гениального взасос, кажется это внушало доверие и неглупым людям тоже.

Это потом, когда какие-то из них будут опубликованными в типографии того же Влада, он поймет, что стихи обычные средние, ничего в них особенного, а уж дух поэзии там вовсе никогда не бывал, если быть совсем откровенным. Но ведь все познается в сравнении, а в то время сравнивать Владу особенно не с чем было.

Поэты всегда были большой редкостью в мире, в глухие времена перестройки и нового застоя, их почти совсем и не было. А потому тот, который явился да не запылился, да в генеральскую форму обрядился, он и казался верхом совершенства и в стихотворчестве тоже. На безрыбье, как всем известно, и такой графоман рыбой оказывается.

Так и обманулся хороший парень Влад Энгельс, а как дорого это ему стоило позднее, мы с вами еще обязательно узнаем.