Сага о Валькирии. Дочери Руси

Он никак не мог уяснить для себя, что тот собирается делать. Ярополк медлил, решал, советовался с боярами своими. Он знал, что должен будет Рогволоду помочь. Если тот попросит его об этом. Но пока он не просил его ни о чем.

Еще бы, разве сможет признать старик, что он и сам не справится с Владимиром. Но пугало и терзало его другое. Когда убит будет Владимир, что же тогда начнется. Конечно, он сам напросился, но все-таки труп брата может стоять между ними. И счастье, и благополучие будет безвозвратно потеряно.

– Глупец, – думал в тот момент бес, заглянув к нему. Он хотел сам посмотреть на то, как ведет себя, о чем думает Ярополк.– Он спокойно думает о смерти брата своего. Какая наивность. Лучше бы о себе самом подумал, если кому и нужно переживать и беспокоиться, так это ему самому. Сколько раз человеческая глупость и самонадеянность доводила до беды. Много историй из прошлого мог он порассказать, только пока времени не было. Но главные события пока происходили не в Киеве, и он должен был туда поспешить.

Но снова надо было заглянуть в небеса.

№№№№№№№№

Перун был спокоен, его не волновало происходящее. За это бес и упрекнул его:

– Ты что-то больно спокоен, а ведь Владимир на Рогволода пошел.

– И что? Старик ему покажет, как сражаться надо.

– Показал бы, наверное, если бы Локи против него не шел.

Громовержец поморщился. Он старался не думать о давнем происшествии. Но знал, что если Локи вмешается, а он, скорее всего, вмешается, тогда не стоит ждать ничего хорошего.

Но бес собственной персоной стоял перед ним и ждал его решения

– Что тебя беспокоит? – тянул он с ответом, хотя кошки на душе скребли.

– Мы должны как-то на эту наглость ответить.

– И что ты с Локи делать собираешься? – он и на самом деле хотел знать, что ему может сказать на это бес.

– Я думаю, что, в сущности, нам плевать на чужака Рогволода, хотя он лучший из князей наших, но не должен Локи себя хозяином чувствовать.

– С этим трудно не согласиться, только не думаю, что он тебе по зубам, а если мы его разозлим, то тебе хуже будет, и еще неведомо, что с нами со всеми приключится.

Бес задумался, его удивило то, что Перун не побоялся признать этого. Но было понятно, что его ничто не остановит, будет действовать напористо и нагло, и его и самого Перуна отшвырнет со своего пути, не задумываясь.