Сага о Валькирии. Дочери Руси

И казалось, что силы у него было на десятерых. И те, кто уходили из поселка прежде, возвращались с радостью и никак не могли узнать того, что теперь видели. А вот в жизни самого князя мало что переменилось, кроме того, что Ирина стала считаться его женой, хотя об этом никто никому не объявлял торжественно, скорее, это были только слухи и догадки. У них родились в положенный срок мальчики – близнецы, смягчившие немного сердце непреклонного воина и упрочившие положение самой старательной девицы. Появлению на свет сыновей он радовался, и это был еще один пир и еще одна его славная победа.

Но тревоги возникали то там, то тут и новые люди приходили в недавно тихий город, привлеченное рассказами о чудном преображении его. И стали говорить о том, что должны пожаловать и скандинавские воины для того, чтобы верой и правдой служить князю.

– Может, и не придут они, не захотят такую даль отправляться, – думала Ирина. Она боялась появления женщин, которые напомнят ему о прошлом и будут, вне всякого сомнения, князю близки и дороги, кто бы они ни были.

– Там мало земель и размаху нет, они откликнуться на мой клич, – говорил Рогволод своим воинам. Уверенность его при этом крепла день ото дня.

Но чего она еще боялась, почему ей вовсе не хотелось, чтобы еще могущественнее стала земля русская. И дружина его может окрепнуть. Но ведь тогда князь не только обороняться станет, но и сам в походы отправится, и не дождется она его назад. И снова снилась ей тень неведомой женщины, величественной и прекрасной, из-за которой так часто тоска невероятная в глазах его появлялась.

Она стояла перед нею, она нависала страшной черной тучей, и не было нигде от нее спасения. В чужом мире должно быть хоть что-то близкое и родное, кто бы в том усомнился в этот миг. Может земля, политая его кровью, и станет его родной, но женщина, которая родила ему дочь, ради Рогнеды своей он умереть готов, она никогда не забудется и не сотрется из памяти его – вот что больше всего тревожила ту, которая с самого начала определила свое место рядом с князем.

Сколько таких историй слышала она и хранила в своей памяти, умиляясь над ними, но никогда не думала, что реальная такая история так терзать и мучить ее будет. А истории, казавшиеся благоуханными легендами, она готова была слушать бесконечно, если бы это так не касалось ее самой вдруг. Под угрозой оказалось ее счастье и благополучие.