Сага о Валькирии. Дочери Руси

Потому и не знал он куда бежать и кому что сказать. Но, в конце концов, после долгих и трудных размышлений, он решил служить не за страх, а за совесть Локи, и подслушал разговоры о близком Перуновом конце, и радовался, что сможет внести свою лепту в это благородное дело. Он знал, что вернется к Одину и с ним останется, когда со славянскими богами покончено будет. Он радовался, что исчезнет весь мир, который посмел его обидеть.

Оглядев беса, Локи решил, что испугал его достаточно, и почувствовал облегчение.

Конечно, этот бес был негодяй, который не так много мог, но другого у него все равно не было. И он немного расслабился, после трудов великих.

– Он будет следить за всем происходящим, – решил про себя Локи, и появится, когда время придет. У него хватит хитрости и сноровки, чтобы не завалить все окончательно. И почти совсем успокоившись, он задремал.

– Великая княгиня, – иронично твердил он, – засыпая, – она думает, что самая прекрасная и великолепная, но жуткий ужас, вот что он подарит Рогнеде.

Локи храпел и ощущал себя верховным богом. Он мог повелевать, определять и менять судьбы если не всех людей, то некоторых из них точно, и никто ему в этом не указ. Но Рогнеда была только маленьким штрихом, наброском в той великолепной картине, которую он так старательно рисовал пока в собственном воображении, но она воплотится в реальность. Во сне он видел себя на вершине горы. Но в какой-то миг гора под ногами его рассыпала и стала ползти вниз, И на земле уже валялись камни различной величины.

А он все равно оставался в воздухе и как-то там держался. Он парил над грудой обломков и чувствовал себя победителем.

Вот такие невероятные сны иногда грезятся богам. И он вызвал восторг в его мятежной душе.

Глава 20 В Полоцком замке

В то время, пока на небесах вершились судьбы, в замке полоцкого Властелина царила тишина и покой. Солнце, мелькнувшее на миг, снова исчезло, оно оставалось только в душах тех, кому оно недавно так смело светило.

Унылыми казались дни, текущими однообразно. И хотя Рогнеда жила в те дни, как настоящая королева, но сны о Киеве, и о человеке, который был обещан ей в мужья, не давали покоя, волновали все сильнее.

Любовь Рогволода к дочери не знала границ, но когда он увидел, что с первыми ладьями викингов жена его не вернулась, Ирина поверила то, что он, наконец, объявит ее своей женой. Но и этого тоже не случилось. Только дочь его играла самую важную роль в жизни князя.