Сага о Валькирии. Дочери Руси

Старуха – колдунья (в том, что она связанна с какими-то силами, не приходилось больше сомневаться), развела пламя и уселась около него. Она долго смотрела на огонь, и казалось, что переносилась в совсем иное пространство. И миры иные открывали ей пасти свои. И никто не смог бы вернуть его назад, к княжне.

Рогнеда, узрев эту странную картину, сначала испугалась, а потом решила вернуться к реальности как можно скорее. И она стала себя успокаивать:

– Что такое произошло? Это я, я живу в радости и достатке, меня обожает отец, и моя судьба складывается очень хорошо.

Никто не сможет меня в чем-то упрекнуть и не причинит мне зла. Может, память этой старухи и хранит какие-то чудесные картины, но стоит ли их связывать с моей судьбой?

И не находилось у нее ответа на этот вопрос. Ей хотелось быть спокойной, все знать и уметь. Потому она и радовалась всему происходящему.

– Это ко мне не относится, старуха просто решила меня попугать немного, – в сотый раз повторяла она, но чем больше говорила об этом, тем больше понимала, что все имеет к ней отношение.

В такие минуты прозрения ей становилось по-настоящему страшно. Но жизнь текла дальше. И со временем она немного успокаивалась, и все налаживалось.

№№№№№№

Старуха же, взиравшая на пламя своей судьбы, решала для себя неразрешимые проблемы. Больше всего хотелось ей поверить в то, что она не права, что все происходящее, только плод ее собственных фантазий. Она хотела решить для себя, как станет действовать дальше, что нужно сделать. Медея, Кассандра, жертва и мстительница.

Все должно чудесно переплестись в это судьбе. И она сама, как не напрягалась, ни за что не смогла бы понять, как все закончится.

Она хотела невозможного – оставаться с Рогнедой как можно дольше. И в какой-то миг она пожалела о том, что не переселилась в ее сознание. Все завершится как-то странно, и в любое мгновение может для нее оборваться. Она считала себя творцом судьбы этой девицы, и как истинный творец, не хотела допускать того, чтобы не было закончено ее произведение, даже если это была человеческая судьба.

Тем более, если от нее зависела судьба человека.

Она долго смотрела на огонь, и видела там темноту, серость, мрак, ореол мученицы над головой постаревшей почти до неузнаваемости Рогнеды. Медея и Кассандра стояли за ее спиной и то одно, то другое лицо высвечивалось в этом мраке.

«Кто она? – спрашивала старуха. И не было ответа на этот странный вопрос.

Она заглянула еще дальше и увидела двух мужчин.