Сага о Валькирии. Дочери Руси

И он понял, что в этом случае ничего лучше не придумаешь. Пусть они распрощаются навек. Князь погибнет героической, но мучительной смертью и уровняется со Святославом, а она станет великой княгиней, только с небольшой поправкой, не Ярополковой, а ненавистного Владимира женой. Тот слаб и бесхребетен, с ним такая девица, как Рогнеда, чего доброго проживет еще и счастливую жизнь.

Локи говорил вслух и не подозревал, что слонявшийся тут черт навострит уши. Правда, опасаться его особенно не стоило.

Он был скорее помощником для бога коварства, чем противником, хотя всегда коварен и непредсказуем.

Но бес не был бы бесом, если бы он не подглядывал и не подслушивал, и не узнал все, что ему хотелось.

И на свою беду на этот раз он узнал непростительно много.

Мефи применил одну из своих хитрых штучек, после которой с противником можно было делать все, что вздумается, и он узнал, что Локи хочет посадить Владимира за великий стол.

Для него это оказалось неожиданно, и он со всех копыт бросился к Владимиру.

– Ты не должен допускать этого, – говорил он Перуну, в Сварге оказавшись ненароком.

Но Перун не о чем не знал, и понятия не имел о том, как ему поступить следует.

– Что ты так распалился, – усмехнулся он, – ничего в этом страшного нет, я слышал, как Владимир клялся мне в верности, и если даже такое случится, я не вижу в этом ничего крамольного.

– О несчастный, все княжеские сыновья без зазрения совести сто раз нарушают клятвы, что же нам ждать от сына рабыни.

Он зол на весь мир, в каждом видит лютого врага своего. Никто не сладит с ним, если он добьется своего и начнет действовать.

Он поклянется в чем угодно и кому угодно и предаст всех с такой же легкостью.

Но Перун не особенно прислушивался к его словам.

– Почему я должен верить этому типу? Он паникует и видит все в ином свете. Чем я рискую, если этот парень и станет князем русичей?

– Он будет в моей власти, если не дурак, если нет, то я раздавлю его как муху.

Но бес хочет и надо мной власть обрести. Если я ему поддамся, то мне и на самом деле туго придется. Он в любую щель пролезет, и ничто его не остановит. Это станет настоящей бедой. И Перун, рассуждая, как он считал, здраво, решил, что Владимир – меньшее зло, чем бес, да еще и Локи вместе взятые.

Хотя он и был верховным богом, но эта парочка, если они еще и объединятся, наделает много шуму.