Последняя битва Велеса. Мифы и сказания славян

Этот крик младенца слышали тогда многие.

А то, что во тьме ночной волхв заменил одного на другого, этого тогда в суматохе никто из духов не заметил, что уж о людях-то говорить.

Все было похоже на правду, ему не пришлось даже кого-то околдовывать и усмирять.

И никто не решился спросить, откуда у него взялся во дворце ребенок. А если бы кто-то и догадался, и даже украл мальчика, как сына Велеса, то он получил бы только сына князя Славена

Волхв был тверд в решении своем, он понимал, что если суждено из двух одному выжить и остаться в мире, то это должен быть Ярило, а второго и в жертву принести можно, мало ли таких жертв бывало прежде и будет потом.

Он не знал, когда и как откроет миру эту тайну. Но пока точно для этого было не время.

И то, что сама собой у кота Баюна появилась былина, это удивило многих, правда, выслушав ее вместе с вороном и филином, Яга запретила еще где-то ее распевать.

– А это почему, она мне удалась на славу, – обижался кот, – может я чего и придумал, только зачем людям сплошная правда нужна, иногда можно и придумать что-то такое.

– Не в том беда, но им этого пока знать не надо.

Кот помнил, как он предсказал появление бога Услада, вероятно, теперь было тоже что-то такое, но тут как-то все запутанно казалось. Пришлось согласиться, даже он не стал бы с Ягой спорить, хотя и жалко было творения такого, да что поделать, нельзя так нельзя.

Страсти растут, умножая страданья.

Только огня погасить не удастся.

Юный наш бог – Неземное создание

Будет весной в этот мир возвращаться.

И холода в суете отступают,

Только огни зажигаются снова.

Снова Ярило от страсти растает

И не умеет он жить по-иному.

Злится Кащей, ледяная лавина

Души умирила вроде навеки.

Только выходит из плена Ярило,

Только огонь его в нас не померкнет.

Глыбы из льда истекают водою.

Это последние слезы Кащея.

Деву -любовь он влечет за собою.

Только Ярилу позвать не посмеет.

И отступает мороза лавина.

Тихо вздыхает во мраке природы

И возвращается с солнцем Ярило,

И обнимает муж благородный.

Сколько же страсти в теле скопилось.

Сколько в душе нерастраченной силы.

Вот и Кащей нам сдается на милость.

Если очнулся во мраке Ярила

– Где он тот Ярило? – спросил тогда кот у ворона.

– Видно, не так далеко, если Яга в запреты пустилась, тебе она обычно ничего не запрещала.