Сказ о богатыре Добрыне и Змее Горыне. Волшебные хроники

Тогда зачем же ему нужно было Змея предупредить о том, что против него готовится сражение?

– Он, вообще поступает странно, – пробурчал Банник и все оттого только, чтобы прослыть самым умным и хитрым хочет.

– Не слишком я важная птица, чтобы бес из-за меня суетился.

Но Банник не смог ответить на те сомнения, которые его нынче мучить стали.

Рано Змей радовался, он прослышал про то, что Дунай с ним сражаться будет, и успокоился, у этого богатыря на судьбе не было отмечено, что он Змея победить должен. Но все совсем иначе повернулось, – рассуждал сам по себе Леший.

И угрюмо взиравший на него Банник не мог уразуметь, жаль ли ему Змея или он просто из любопытства от скуки всем этим интересоваться решил.

В то самое время, легкий на помине, Змей и заглянул в их баню. Он и раньше тут появлялся, из всех бань эта самой большой была. И здесь он прилагал немалые усилия, но мог разместиться кое- как. И в то время когда остальные не помещались. Он узнавал все самые последние новости, где, как не в бане их и можно было узнать, а уж тем паче в княжеской бане.

– Вы никак обо мне говорили, – наугад сказал он и не ошибся. О чем же могли говорить все люди и духи тут?

– Да может, в последний раз видим тебя, – усмехнулся Банник, который и отца родного (если бы тот у него объявился) готов был обсмеять, если такой случай выпадет.

– Не бывать этому, они предупредили меня, и я, готов буду ко всему.

– А может, предупредили, потому что в твоей победе не сомневаются? – спросил ехидно тот.– По крайней мере, это заслуживает уважения, – торопливо прибавил он.

Но Змея уже не было там, этот тип со своими шуточками кого угодно до белого каления довести мог.

– Зачем же ты с ним так, ему и в самом деле опасность грозит, и не каждому твои замечания понравиться могут.

– Такой, как есть, я его сюда не звал, а вот пришел и пусть слушает все, что я скажу.

Леший со своей сердечностью страшно ему надоел, сам он никогда и ни к какой твари самой разнесчастной сострадания не испытывал, и его готов был прогнать.

Просто не хотелось ему снова одному оставаться. Ведь бес к нему не заглядывал, хотя весь день в Киеве провел. С Ведьмой и Кикиморой он в пух и прах разругался, и, несмотря на все занудство, Леший оказался его единственным собеседником. А поболтать иногда хотелось и злобному Баннику, на то ему и язык был дан.

– А ведь Тугарина этот самый Добрыня пристукнул, – вдруг припомнил он.

– Да я же тебе рассказывал, как-то об этом, – вспомнил тот.