Снежный король. Сны об Александре Блоке

До грозных событий оставалось еще какое -то время. Он так любил бывать в Шахматово совсем один, бродил по бескрайним просторам его. Какая тишина стояла там, в теплые летние вечера.

Я и молод, и свеж, и влюблен,

– записал он неожиданной в тетрадке после такой прогулки.

Но в один из вечеров небо заволокли черные тучи, жуткий раскат грома ударил прямо над его головой. Он содрогнулся от этого дикого звука. И показалось ему, что Люциферово крыло закрыло половину неба. Он не мог избавиться от ужаса, в один миг охватившего его душу.

Тогда он оставался один на один с этим чудовищем. И красота эта – он понял в момент грозы, не от бога, а от дьявола пришла в этот мир.

А вечером за столом, в старой усадьбе все говорили о бунте среди студентов, о покушении на императора. И все это – и гроза небесная, и мятеж на земле, слились тогда воедино для него. И странно, что темные и дикие люди готовы были обрушиться на только что взошедшего на трон наследника, помазанника божьего, который ни в чем еще не был виноват перед ними.

Он видел печальное лицо царицы. Она казалась ему отрешенной и уродливой. И на челе ее сияла печать гибельности. Но настоящей царицей навсегда останется мать, а не жена. Он это видел и понимал в те минуты.

Глава 14 Император и поэт

Они все это время жили где-то рядом – император и поэт. Они и переживут друг друга ненадолго. Так сложились судьбы, так все было предопределено. Хотя, наверное, могло быть по-другому, да не стало.

– Как он может быть так спокоен, – спрашивал Поэт у матери своей, – когда власть ускользает из рук и в мире непонятно что творится. Это видно и понятно всем, кроме него самого.

– Нет, ему это тоже ведомо, только вида не подает, потому что так воспитан, и бессилен что-то переменить.

Но кто это был с ним, его мать или императрица в том странном сне? Он так и не понял этого.

Он видел ее около своей постели во второй раз. Она склонилась, чтобы поцеловать его перед сном.

И в тот самый момент он провалился в пропасть. Они говорили с бабушкой о том, что юный Пушкин всю жизнь любил только одну женщину – и это была императрица Елизавета. И это было самым удивительным открытием для него в те дни, хотя кого еще мог он любить? Но Мария Федоровна – это совсем другое. Она была слишком властна и недоступна. А Александра Федоровна, такая печальная и отрешенная, что он никогда и близко бы к ней не решился подойти.