Скифский камень. Мифы и сказания

Ну что же, она выкрутилась, – подумал он и не решил, умна она или не умна, как это так сразу узнаешь?

Сиси, видя, что все иначе относятся к происходящему, чем она, отошла в сторону. Нет, она не собиралась прощать злодеяния, не думала искать для них оправдание, она будет действовать, но не станет им ничего говорить.

Лирическое отступление о предателях, написанное Никой в чужом мире

Девятый круг кошмар, уйдем, Вергилий,

Мне оставаться тут невмочь, я не могу.

И лишь теперь все для себя открыли

Предатели, а я от них бегу.

Нас Люцифер пока что не заметил,

Но Вагнер тут таинственный звучит,

Смотри-ка, тут и старики и дети,

Он их терзает гневно, но молчит.

Не ведали иные, что творили,

Их ум ослеп, душа была глуха,

Им кажется, что как и все там жили,

А участь их страшна, смотри, рука

Все тянется к тебе через столетья,

Я должен тем живым еще сказать,

В какой печали нынче души эти,

Как это мерзко, страшно предавать.

Ведь верили, что ничего не будет,

Не ведали, как круг восьмой угрюм,

И сущности, они уже не люди,

Им не испить теперь печаль твою.

Пошли, Вергилий, им помочь едва ли,

Да и желанье есть ли помогать?

Мы далеко ушли, они ж стонали,

Еще могли проклятья посылать.

Но дела нет до них живущим где-то,

И ждущим час ухода своего,

Пошли, Вергилий, слишком мало света,

И я теперь не вижу никого,

Лишь Люцифер с безумными глазами

Нас провожает, злится и молчит,

И никого не будет там, за нами.

Река Забвенья за спиной шуршит.

Они ж тогда хотели откупиться,

Не понимая, деньги не спасут.

Ты говоришь, что вечно им томиться,

Что никогда покоя не найдут.

Я столько насмотрелся этой жути,

Но жизнь дороже будет с этим пор.

Ты говорил, что нас он не отпустит,

Но нет, молчит, и так туманен взор

Мы были здесь., нам это все знакомо,

И воет ветер в пустоте ночной.

Веди меня, я так устал без дома,

Пройдя до середины путь земной.

Ника понимала, что все это случится значительно позднее, но и в те времена и потом, предатели всегда оставались предателями, мало что в том мире менялось.

А ведь это был царевич, какой же получился бы из него царь, останься он в живых. Вот если бы в и 988 году поступили так же, то может быть, многое бы изменилось и в ее мире тоже.

Но пока о том не стоило даже думать, они оставались в этом мире здесь теперь.

Глава 18 И наступило утро

Вот и наступил рассвет в третьем для Ники времени.