Тайна талисмана. Сны о веке золотом. Альтернативная история

Властелин понимал, что он упустил что-то очень важное, значительное, пока разбирался с бунтовщиками, которые больше не могли быть ему опасными.

– Он не бывает там давно, видимо, ему ничего не известно, графиня не так глупа и наивна, иначе об этом давно бы уже знал весь мир.

– Как все это странно, дорогая

– Думаю, что графиня и сама о том не знала, пока девочка не подросла, ее братец был таким ловеласом. Но в любом случае она бы не тронула этого ребенка, и никому не позволила бы причинить ей вреда. Ты ведь видела, какая она.

Они помолчали немного, но молчание становилось невыносимым, слишком много возникло вопросов, на которые не было ответа

– Но почему именно она? – не скрывал своего удивления император.

– Она не общается с нами, она свободна и богата. Если бы мне нужно было кому-то тайно отдать ребенка, то именно ей, – задумчиво размышляла императрица.

– Но что теперь делать? – спрашивал ее государь.

И снова молчание. Потом, странное дело, он сам и ответил на свой вопрос.

– Пока ничего, дорогая, вряд ли им снова захочется бунтовать, пока жива графиня, она не позволит произойти ничему скверному.

Они помолчали немного и заговорили о поэте. Он и теперь был неуправляем, от него трудно было чего-то разумного добиться. Император безнадежно махнул рукой. Он никогда не ждал ни благодарности, ни спокойствия от этих творцов.

№№№№№№№

Евгений снова заглянул в старую усадьбу, когда отправлялся в отпуск. Он порадовался тому, что здесь по-прежнему текла размеренная жизнь, и ничего страшного не происходило.

Анна с упоением слушала его новые, немного грустные стихи и уверяла, что он ярче и глубже творений того, который только и заставляет своими бесконечными скандалами о себе говорить. Николай молчал.

И никто бы не смог упрекнуть ее за то, что она льстила ему, для нее это вообще было почти нереально. Но он знал, как сера и уныла его собственная жизнь, даже ради громкой славы он не пустился бы в любовные похождения, не стал бы нарушать покой милой жены своей, ему это просто не было нужно никогда.

Семья для него слишком много значила, больше, чем все остальные женщины вместе взятые. Он с самого начала знал, что во всем будет проигрывать Александру. С каким интересом, как приключенческий роман будут потомки читать его биографию, всматриваться в портреты женщин, которые были или не были им соблазнены. И толстые тома этих похождений значительно превысят по количеству тома его собственных творений.