Тайна талисмана. Сны о веке золотом. Альтернативная история

№№№№№№№

А генерал покачнулся в седле, и его подхватили на руки воины его. Во второй раз перед глазами мелькнула та самая валькирия из его сна. И он понял, что это было не совпадение.

– Кто стрелял, – спрашивал он, хотя сил больше не было, – скажите, это были солдаты, офицеры, кто стрелял?

– Нет, это в штатском, какой-то проходимец.

Они понимали, что он хочет услышать.

– Штатский, хорошо, родимый, это замечательно, что штатский, не так обидно.

И когда они приблизились к дворцу, он был уже мертв, хотя в это никто не смог бы поверить.

В это не поверил и почти выбежавший к ним император. Он больше ничего не боялся. Они спокойно могли убить его в тот момент, но он склонился перед своим генералом, и требовал врача. Воинов прогнали прочь, не зная, что от них можно ожидать. А он все еще стоял над телом этого удивительного человека, смотрел на его спокойное лицо и плотно сжатые губы. Он до конца исполнил свой долг.

Когда все утихомирилось, и генерала хоронила вся столица, рыдали солдаты, вспоминая о том, что он выжил в страшных условиях, и вот теперь, когда был разбит Наполеон, то русские оказались страшнее французов.

– Его Наполеон не мог убить, а эти, – слышалось то там, то тут

В тот день многие видели в первый раз высокого и неподвижного своего императора. На могиле он дал клятву найти убийцу и отомстить за гибель своего генерала.

– Он будет повешен, я не стану тратить на него пули, веревки достаточно.

Император внушал им страх и трепет.

Они сожалели о том, что столкнулись с ним при таких печальных обстоятельствах. Они уже и сами не понимали, как могли думать о каком-то бунте, и какой черт их дернул в это бессмысленное пекло. Очень тихо хоронили затоптанных, погибших там. Говорили только об арестах, и каждый знал, что не стоит просить пощады, если ты оказался там, если ты был замешан.

Когда привели Каховского в залу для допросов, и император взглянул на него из боковой двери, он страшно побледнел и сжал кулаки.

– И это он? Этот ничтожный?

– Палачи всегда ничтожны, ваше величество, – услышал он голос одного из вельмож.

– Идите туда сами, я убью его своими руками.

Они переглянулись. Все эти дни они дивились тому, как он держался даже когда допрашивал уже доставленного к нему Павла Пестоля, с тем не смог бы справиться никто. Они только с ужасом думали о том, что было бы с ними со всеми, если бы у него что-то получилось, и императором стал бы этот Брут.

Но этот.