Триумф поражения. Князья и воины

Он понимал, что все это не случайно – такими громадами подчеркивалось величие власти и величие человека, который рожден был князем. Он бездумно бродил около этих ворот. Запал схватиться с князем и захватить трон поубавился.

Он понимал, как просто это было сделать в небесах, когда он парил на драконе, и в мечтах, и как трудно в реальности, когда до желаемого вроде бы рукой подать. Он в один миг оказался здесь, но это заслуга Змея. Но он умчался и ищи-свищи его. Он нашел дорогу сюда, на нее ему указал пес. И получается, что он ничего еще не сделал сам, без посторонней помощи.

И возможно, что все они сговорились или ими руководил кто-то могущественный, и они толкали его к пропасти. Почему они должны ему помогать? Это он, как последний дурак, клюнул на такую наживку.

Размышления оборвались на полуслове. Егор чуть не наткнулся на старика. А тот уже несколько минут поджидал его. Но он заметил деда только сейчас.

Старик с интересом его рассматривал, и казалось парню, что он знает, о мыслях его. Может, он забылся и разговаривал сам с собой, а тот просто подслушал?

Старик не двигался с места.

Егору пришлось остановиться перед ним. Он не знал о чем говорить, был так подавлен и растерян, что кажется, и самые обычные слова позабыл. И долго бы длилось это молчание, если бы не улыбнулся хитро, не заговорил старик:

– Ну что, милок, хорош дворец у нашего князя? Не один бродит тут, любуется и мечтает о таком же, только напрасно все это, потому что завистники не представляют себе, какой это страшный крест – княжеская власть.

– Да, конечно, – притворно согласился Егор, только ни один князь что-то добровольно от креста такого не отказался.

– А он и не смог бы отказаться, ведь все в божьей воле. Никто без нее не сможет взвалить на свои плечи такой крест, но и расстаться с ним не сможет, если небесам такое неугодно будет.

Старик говорил очень тихо, и смотрел пронзительно на Егора, словно хотел разглядеть то, что делалось у него не только под одеждой, но и под кожей самой.

– Ты не прислушаешься к словам моим, – с грустью говорил он дальше, – но потом, когда-нибудь, ты вспомнишь об этой встрече, и сам поймешь, что мятеж, борьба никогда еще к добру не приводила.

Победа обольстительна, но это только короткий миг. Еще мудрецы володели тайной – она всегда начало поражения, ведь в мире нет ничего вечного, кроме мук адских, которые мы сами для себя и собираем повсюду еще при жизни. И бесы наши прекрасно это ведают, и нам в том всегда готовы помочь.