Три Змея, Волхв и кот Баюн. Змеины хроники

А там достанется и от папаши, и от дочурки, и так как на Змея они вряд ли захотят кинуться, то достанется коту, он не первый век живет на свете и не первый год с Горохом, потому все прекрасно знает

– Что еще за беда с тобой случилась, – заерзал на месте Баюн, – на кой я тебе вдруг понадобился?

– Вы же мне голову заморочили, и я совсем позабыл рассказать тебе о свитке и о том, что там написано, а это очень важно и ты должен все знать и понимать.

– Забыл, что ты у нас свитки читать умеешь, – решил подшутить кот, – а то я сам бы тебя расспросил.

– Огненный читал вслух, а я подслушал только, – отвечал Горыныч, – так вот, там написано, что нашего Велеса от медвежьей шкуры, в которую его братец облачил, может спасти прекрасная девица. И ты представляешь, как он той девице будет за освобождение благодарен.

Они оба посмотрели на Василису, лучше бы ей того было не слышать, только что делать, все равно ведь услышит, да если не сегодня так завтра узнает, какая разница.

– Это очень опасно, что с ней сделает потом Перун, ведь если она об этом узнает, захочет спасти, а она захочет, то я тебя на лоскутки порву, – заявил кот.

 – Ты теперь следи за тем, чтобы у нас такого грозного врага, как Громовержец, не появилось, потому что одно дело, с Добрыней сражаться и убитым прикидываться, а совсем другое, против Перуна идти. Тогда и о бессмертии пожалеть еще придется.

– Ты слышала все? – спросил Горыныч у Василисы, – если дашь мне слово, что спасать Велеса не станешь, тогда возьму с собой на остров, а если нет, тут оставлю, и живи тихо и спокойной и нам дай жить тоже.

Он кивнул на дремучий лес, где оставаться никому не хотелось. И намекал Змей, что именно там и придется царевне жить, а там в то время даже и чертей не было, один только Соловей Разбойник обитал.

Василиса с мольбой взглянула на кота, куда только ее храбрость делать, и такой ласковой да послушной сделалась, что без слез и не глянешь, но кота это никак не могло обмануть, а вот Горыныч повелся.

– Что ты ее пытаешь, забыл что ли, что есть у него сила такая, что и Лада с Ягой не устояли да разругались, а что с нашей девицы – то взять, она хоть и царевна, но простая смертная.

Горыныч медлил, теперь он не знал, что ему делать, и не только за Василису переживал он, но и за свою шкуру тоже. Кинет его Перун в Пекло к Кащею, вот и налетался, получается. А Велес за него вступаться не станет, одним Змеем больше, одним меньше, новые появятся.