Тяжесть короны. Князья и воины

Вздрогнув, старуха взглянула на него своими подслеповатыми глазами:

– Да что и говорить – то, ведь сто раз рассказывала тебе, – пожала она плечами.

– Ничего, еще расскажи, – настойчиво просил он, и она поняла, что снова он говорил с отцом, да еще чего доброго того монаха видел, (она перекрестилась), о котором люди так упорно говорят. И откуда только такие берутся, и зачем они пугают своими жуткими рассказами детей. Тому, чему быть, того не миновать, но, наверное, лучше не знать заранее того, что будет. Но от Даниила она отделаться так просто не смогла.

И начала тихим бесцветным голосом свой рассказ о том, что на землях бескрайних есть дикие, страшные люди. На одном месте не сидится им, да и нет у них никакого дома и места нет, обречены они всю жизнь скитаться да воевать с теми, кто по- иному мир видит, и не могут по-другому.

И стали люди эти и здесь все чаще появляться, потому что по нраву им земли русичей показались, понравились им злато – серебро и девки пригожие. И знали они об удали русских князей, но не испугало их это.

А когда поняли они, что сами князья ослабили себя вечными спорами, да ссорами бесконечными, то и вовсе они обнаглели и нагрянули со всех сторон. Вот и пошли сначала на Рязань, а потом и на Киев замахнулись. И стали вглубь пробираться. Чем больше человек хапает чужого, тем больше ему хочется. И не может он уже остановиться. Старуха стала загребать руками, страшно выпучив глаза, и смотрел на нее Даниил удивленно.

– Далеко прошли они, – продолжала она, – может, и до нашего княжества доберутся, как узнают, что лучше и краше земель нет на белом свете.

– Не доберутся, – услышала она голос Даниила, никто их сюда не пустит, это наша земля, и мы защищать ее станем.

– Хорошо, если не доберутся, – задумчиво произнесла старуха.

Но он затаил обиду на нее из-за того, что она не особенно ему поверила. Но он знал, что, как только немного подрастут они с васильком и сил наберутся, то за мечи возьмутся, и никакие басурмане не посмеют против них выступать.

– Страшно мне за них, – молилась старуха, оставшись одна в комнате своей во дворце княжеском, где она всю жизнь провела, – не допусти того, чтобы Даниил и Василек головы свои буйные сложили под басурманскими мечами, спаси и сохрани их, – снова и снова повторяла она.

И верила в том, что до бога дойдут ее молитвы, и он обязательно просьбу ее исполнит.

А ночью видела она во сне, что Даниил ее уже взрослым стал, и находится он среди басурман проклятых.