Тяжесть короны. Князья и воины

Но в последнее время так много всего на него свалилось, что Даниилу некогда было об этом думать. Но преображение это было ему по душе.

Бес же в это время так удачно действовавший, не собирался разоблачаться. Впервые в жизни ему не хотелось раскрывать себя. Не хотелось о чем-то договариваться и показывать юному князю, что он много может. Ему хотелось помогать ему негласно. И взвалить груз на его, а не на свои плечи. И он был почти уверен, что по каким-то соображениям Даниил отвергнет его. Но он знал, что должен с ним оставаться.

Потом, позднее, он конечно, разоблачится, когда он привыкнет к его советам и помощи и станет ему необходимым.

Бес точно знал, что с новыми князьями нельзя действовать прямо и открыто, в их характерах появилось что-то такое, что заставляет создавать иллюзии и тайны вокруг них.

Пока надо было избавиться от настоящего Федора. И он отправил его за тридевять земель, чтобы оболтус этот, не слишком проворный и сообразительный, не испортил его замечательной игры, да и вообще не путался у него под ногами.

Это на первый взгляд казалось проще простого, нужно было только бесенка к нему приставить и следить за тем, чтобы он никуда не смотался от него, что он быстренько и провернул.

Сейчас Мефи видел, что Даниил глазаст и о чем-то он видно догадывается, но у него не хватит времени и сил за всем следить и все проверять. О другом голова его болит, и долгие годы еще болеть будет.

Власть и большие перемены в судьбе всех изменяют. Он умел читать его мысли, и это позволяло что-то предугадать и для него сделать.

– Нам с тобой надо друг другу доверять, – задумчиво говорил Федор, – бояре не особенно надежны, о своей чести, а не о твоей пекутся больше.

Даниил чувствовал, что он прав, на него спустилось какое-то озарение. Он и на самом деле стал совсем другим. Пророк говорил как-то, что Бог может помочь человеку, посылая к нему другого. Вот и верил князь, что Федор рядом с ним потому и находится. И нужно было поблагодарить его за это. Так просто и разрешалось все.

Мефи поморщился, обнаружив в голове юного князя такую мешанину. Да разве в первый раз его заслуги его сопернику приписывают, уже если кто-то его и послал, то не Бог вовсе, хотя и тот не посылал, а действовал он исключительно по собственной воле. Мессиру не до каждого князя славянского есть дело, он выбирает тех, кто ему интересен.

Но вступать в разъяснение у него не было никакого желания.. Потом можно будет со всем разобраться.