Умина, дочь Гостомысла. Князья Древней Руси

Глава 15 Дева возлюбленная

Наверное, не случайно птица завела такой разговор, как только голова его коснулась лежанки, и он, растянувшись в нежной истоме, вспомнил, как давно не отдыхал, не чувствовал себя просто человеком, как тут же перед ним возникло дивное свечение, и великолепная дева появилась рядом.

Она улыбнулась, и произнесла отчетливо:

– Не спрашивай, кто я, прими все, как есть, я пришла, и я с тобой.

И погрузился Гостомысл в ее объятья, словно в пучину морскую, так что весь остальной мир куда-то пропал в тот миг.

И неважно, что это было наваждение и колдовство. Он прошел этот путь и теперь мог получить все, чего ему недоставало.

Сколько времени прошло с того мига, когда она вошла в шатер, и до того часа, когда растворилась в воздухе, никто этого не мог знать, только никогда больше ничего прекраснее не испытывал Гостомысл.

– Я долго ждала такого героя, – слышал он голос птицы

И он снова почувствовал себя беззаботным мальчишкой, только понимал, что не должен терять головы, потому что только начал свое дело.

Но кто она, Морена ли коварная, самое ли прекрасное создание на земле, голова шла кругом, и он вдохновенный и радостный, теперь стремился вперед.

Морена, украдкой за всем наблюдавшая, усмехнулась.

– Ну что же, он выдержал это испытание, хотя это было не так просто. Кажется никогда, даже со своим любимчиком Русом, она не была так спокойна, как на этот раз. И все, потому что теперь она была опытна и прекрасна, не так как прежде, и сама многому смогла научиться.

– Я пойду с тобой дальше, – говорила на прощание Вилла, если ты хочешь, стану твоей женой, но об этом ты должен хорошо подумать, лучше, если женой твоей станет земная дева.

Князь и сам понимал, что с ним должна быть ровня. Но как можно вернуться к земной деве после жизни с виллой. Никто из смертных ничего не сможет дать ему, кроме чародейки.

– Ты умен и проницателен и жену должен найти достойную, подумать о наследниках, чтобы все было не зря. Но если тебе будет пусто и тоскливо, то я приду снова.

Он вслушивался в ее голос, снова переживал то, что там творилось. И мир казался краше прежнего. Ни о какой другой земной деве в те минуты он думать не собирался.

На этот раз его разбудил какой-то шум за стенами шатра. И он понял, что впервые за все время пути проспал так долго, а ведь мир стал теперь совсем иным.

То, что он избранник, стало ясно уже тогда. Только теперь он подумал о своем предназначении.