Власть и страсть. Князья и воины

ГЛАВА 12 ПОСОЛ К ОЛЕГУ

Зловещий облик Олега, успевшего как всегда вовремя от них уйти, все еще нависал над ними, и приходилось с этим считаться т великому князю, и тем, кто был с ним рядом.

Когда вернулись в княжеский дворец, то долго еще обсуждали, что им делать с этой большой бедой.

– Ты должен отправить к нему посланника.

– Словно он о чем-то договариваться собирается, – усмехнулся великий князь.

– Значит, лазутчик будет, мы должны знать-ведать, что и как там творится.

И чтобы его не винили во всех смертных грехах, Всеволод так и решил поступить – пусть там кто-то будет его глазами и ушами, пока его благородные соратники погибали в сражениях, коварный князь оставался где-то в тени и готовил против них новые походы.

№№№№№№№

Олег должен был встречать и приветствовать посланников Великого князя. Он казался суров и категоричен.

– Ты повинен в смерти Изяслава и Бориса, из-за тебя они погибли. Да и все, кто с тобой были немногим дольше прожить смогли, – звучал приговор в княжеском дворце.

Он слушал очень внимательно

– Мое дело правое, а тебе и Всеволоду твоему лучше моего ведомо, иначе бы ты тут не был и не пытался договориться со мной.

– Великий князь не собирался с тобой договариваться, он предупреждает о ссылке и изгнании, если беда от тебя снова исходить начнет.

И какая-то сила была в голосе этого странного человека, который, судя по всему, был заговорен от всех опасностей или только казался таким.

Священник, когда посланник удалился в неизвестном направлении, говорил о том, что на небесах все видно, и если ему не стремятся там помочь, то может он и не прав.

– Но разве я не прав? – удивленно спросил князь, не понимая, кому служит святой отец, не куплен ли он младшими, захватившими власть в столице.

– Разве не мне по праву старшинства должна принадлежать власть?

– Небеса не на твоей стороне, иначе ты бы ощутил их помощь.

– Ты лжёшь, старик, а предков наших напрасно против меня настроить хочешь, – говорил он раздраженно.

Но в глубине души понимал, что так может быть, за какие заслуги там избрали не его, а Всеволода и теперь показывают, что он им неугоден. Но лучше всего было о том не думать, такими горькими казались раздумья, ему надо было от этого избавиться как можно скорее.

– Не будет тебе и твоим потомкам покоя, если не будешь доволен тем, что есть и не остановишься.

Кажется, священник считал сам себя богом, и от этого еще сквернее было на душе у князя.