Воин грозного князя. Сказ об Илье Муромце и Соловье-разбойнике

– Вот люди, наверное, тоже не понимают, что можно сидеть на полатях, и ворчать на все подряд, не смолкая ни на минуту, и вечно всем быть недовольным, даже тем, что у кого-то такая радость случается, – упрекнул бес собеседника своего.

– Радость называется, – не унимался Банник, – да он еще не знает, что его ждет впереди. Сидел бы и сидел себе спокойно, а теперь будет суетиться, бегать, да на службу к князю поганому отправляться придется. А там ссориться с ним, с девками кувыркаться, а потом расхлебывай кашу, которую заварил.

Он еще как о счастье великом, об этих временах вспомнит.

Он еще долго перечислял, что ждет Илью в дальнейшей его жизни, если бы бес не остановил его одним движением, бросив уголь прямо к его ноге.

– Ты своим ворчанием даже меня выведешь из себя, несчастный, – возмутился он.

– Это почему же я несчастный, – вопил Банник. Он готов был еще два часа рассказывать о том, какой он счастливый, и только такие безмозглые типы, как бес могут этого не заметить. Но тот уже повернулся к вбежавшей ведьме, которой тоже надоели пьяные мужики с бесконечными их разговорами, и унылыми песнями.

От них совсем скверно на душе становилось, так, что и самому выть хотелось. Из такого радостного дела они могут сотворить черт знает что. Она решила свой праздник организовать и на них не обращать внимание. Пусть делают все, что им вздумается, но без нее.

ГЛАВА 24 СУМАТОХА

Илья немного устал от всего, происходившего в этот день. Он никогда прежде не видел столько людей и не был в центре внимания, а потому немного смущался.

Ему так хотелось сказать каждому что-то важное, но они видел, что они уже подзабыли зачем собрались, каждый говорит о своем.

Он тихо поднялся и пошел прочь.

Он точно знал, что и в одиночестве есть своя прелесть, только за все эти годы его было слишком много.

Но все вернулось на круги свои, он с удивлением вернулся к своей лежанке, и думал о том, как приятно ходить, ложиться и вставать самому, вставать и идти, куда тебе хочется. Ничего нет страшнее беспомощности.

Пока он постарался забыть о прошлом и всей душой устремился в грядущее. Он знал, что память вернет его назад, и он снова окажется там, в собственном прошлом.

Арина тихо вошла в дом. Ему ни о чем не хотелось говорить с матерью, и он притворился спящим.

Тихонько погладив его по голове, она пошла к себе, все еще не веря в то, что такое возможно.

В полночь совершили они жертвоприношение, вспомнив о богах, даровавших им праздник.