Восставший из пепла. Князья и воины

Он знал, что Дмитрий не оставит его без ответа, Перед его прибытием Любава сообщила об удачном походе Дмитрия в орду. О том, что Мамай все еще верит ему, и отдал ярлык во второй раз. ОН только усмехнулся, когда она появилась на пороге его дворца.

– Можешь не называть себя, я знаю, кто ты – одна из его наложниц, брошенная после его женитьбы на Суздальской княжне.

ГЛАВА 22 СГОВОР

А потом князь услышал:

– Ты проницателен, словно ты ждал меня, – усмехнулась девица.

– Я всегда жду предательства от женщин.

Среди них есть и великолепные. Княгиня Анна богиней была. Но большинство только и годны для предательства.

– Я могу уйти, и не о чем будет говорить.

– Ну почему же, оставайся пока, я должен тебя выслушать, недаром же ты такой долгий путь проделала?

– Недаром, – подтвердила Любава, – думаю, что мы на самом деле друг другу нужны.

Говорила она долго до самого обеда. Когда князю доложили о том, что его ждут, он только усмехнулся.

– Я не приглашаю тебя к столу ради твоего же блага, если найдутся там те, кто тебя знает, тебе же хуже будет.

Но в комнате, для тебя отведенной ты получишь все, что требуется.

Он многозначительно улыбнулся, а потом удалился.

Трудно было понять, что он для себя решил. Как воспримет все о чем было сказано. Хотя хотелось верить, что он примет помощь от нее.

№№№№№№

Михаил уселся во главе стола рядом с княгиней, взглянувшей на него косо. Ей было известно, что он на глазах у всех уединился с девицей, как долго он был с ней там, что даже тупые служанки не сомневаются в том, чем он там с ней занимается.

Но сказать ему она ничего так и не смогла.

– Все женщины предательницы, а эта не лучше остальных.

Княгиня отвернулась. Она знала, что муж ее не доверяет женщинам и с ними не церемонится. И только теперь, когда ревность немного утихла, она поняла, что Московской княгине грозит беда. Это пожаловал кто-то из москвичек, как всегда коварных и беспринципных.

От этого на душе стало совсем скверно.

– Не ходи против Дмитрия, я дурной сон видела, – тебе не сладить с ним, не сладить, в том нет сомнения.

Но говорила она это скорее для самоуспокоения. Князь Михаил ее не слушал, и слышать не собирался. Он как раз обдумывал то, о чем говорил с девицей (он так и не узнал, как ее зовут, да это ему было и неинтересно). Но он чувствовал, что она ждала от него ответа, и он должен что-то ответить.