Яблоко раздора. Елена Прекрасная

– Я исполню это, – просто говорила Психея, – если богине нужна мазь, то она ее получит, мы все должны служить ей верой и правдой.

С грустью простились влюбленные.

– Будь осторожной, – просил Эрот, – ты же знаешь, как много там подвохов. Он напомнил о бедном Орфее, который напрасно только пережил все кошмары и ничего у него не вышло.

Духи и боги будут еще коварнее матушки, одна Геката чего стоит.

Страшно волновался Эрот на этот раз, он места себе не находил. Он боялся больше, чем сама Психея, когда отправилась в дальний путь.

№№№№№№№№№

Персефона уже знала обо всем, что происходило во дворце богини любви. Ее потрясло все случившееся. Ей было искренне жаль Психею – как вообще можно так поступать с влюбленными? А еще больше потрясла ее любовь Психее к сумасбродному Эроту.

– Зачем нужно было отправлять Психею ко мне, разве сама она не могла сюда пожаловать. Могла бы и почаще к нам наведываться.

И все старые обиды проснулись в душе Персефоны с новой силой. Она готова была сделать все, о чем бы Психея ни попросила.

– Она хочет быть похожей на Геру, – заявила Персефона, -когда они стали говорить обо всем с Аидом, та от Геракла каких только бесполезных подвигов не требовала, а это не оставляет Психею, бездушная.

Но если Аид слушал ее благосклонно, то вовсе не так радушен был его грозный помощник Ний.

Он ненавидел или презирал всех людей и богов на земле, навсегда обделенный любовью, он не собирался ничего прощать Психее и особенно Афродите.

Он не собирался возиться с этой бедной девицей – все они одинаковы.

Психея дрожала от страха, переходящего в ужас, но она и представить не могла, что среди богов есть хоть кто-то ее не терпевший, ведь она никому не причинила зла. Но откуда столько страшилищ и чудовищ, кажется, все они потянулись к тому лабиринту, по которому она шла к Персефоне.

Вот и шарахалась она в разные стороны, а они то приближались, то отдалялись снова. И только мысли об Эроте и маленьком сыне и согревали душу.

Она хотела только одного – поскорее вернуться к теплу и свету.

Но она с великим трудом добралась до Персефоны, измученная остановилась перед ней.

– Не вини нас, все это богиня любви, которая не может смириться с тем, что ты остаешься с ее сыном.

– Я знаю, что за любовь нужно платить, – отвечала Психея.

Но в этом они были очень похожи, каждая из них уже заплатила свою цену за то, что отважилась любить.