Убит поэт. Ищите кота. Литературный детектив

Анна невольно взглянула на Антона, который стоял в дверях комнаты. И это не ускользнуло от следователя. Кстати, кто был этот парнишка, у писательницы ведь не было детей, откуда он взялся, может репетиторством с утра пораньше занимались, хотя, скорее всего школу он уже закончил. А для вуза она вряд ли его готовит, не похоже на то, компьютерщик, это чувствуется сразу, значит, чинил ее комп, это казалось самой правдоподобной версией.

Но он быстро вернулся к делу, и протянул Анне несколько листов, на которых был отпечатан ее рассказ «Литературный маньяк».

Она ожидала увидеть что угодно, но не этот рассказ, принесенный им с работы, хотя не стоит недооценивать реальных следователей, они конечно не так хороши, как в ее любимом сериале, но не совсем же дурни.

– Я польщена, вы так хорошо знаете мое творчество, – ядовито почти произнесла Анна. Только тот герой к убиенному никакого отношения не имеет, уж поверьте на слово, ничего общего.

– Давно слежу, – отвечал следователь, словно она была под подозрением не первый год, и уже успела отправить на тот свет ни одного поэта.

Другой причины для того, чтобы за ее писаниной нужно было следить оперативнику у него явно не было.

Но объяснение нашлось совсем другое.

– Мой лучший друг Алексей Кузнецов учился у вас, он и заставлял читать рассказы, и рассказывал, как они хороши, особенно поздние. Ну мне не хотелось прослыть неучем, вот и почитывал, чтобы было о чем с ним побеседовать.

– Как тесен мир, – рассмеялась Анна, – но я не забиралась на крышу, чтобы бросить кирпич на этого придурка, уж простите за грубость, если вы имеете представление о том, какой должна быть литература, то лучшего эпитета для него и не подобрать.

Глава 19 Литературный маньяк

Женщин обижать не рекомендуется, писательниц – тем более.

(Так говорит кот Б.)

Наступил рассвет. Кончилась водка, а нужно было опохмелиться, чтобы ощутить себя в своей тарелке и дописать юмористический рассказ. Нет, его никто и нигде не ждал, но рассказ должен быть закончен, чтобы оставаться в тонусе, и чувствовать себя юмористом.

– Писатель, – на разные лады повторял Вит, понимая, что это последнее, что ему еще осталось в этой жизни. Со всеми остальными занятиями и с женщинами, с которым он проводил больше, чем одну ночь, пришлось расстаться по собственному желанию, а вернее, желания – то никакого и не было, а все от него что-то требовали, особенно блудливые бабы.