Звезда княгини Ольги. Дочери Руси

– Княгиня хитра, – подмигнул странник, – ей удалось уговорить и одарить твоих людей, теперь они ее слугами верными стали, а о тебе они позабыли давно, наверное, не больно ты добр был к ним, всегда так было – рыба ищет, где глубже, человек, где лучше, – ввернул бес знакомое изречение и остался доволен сам собой.

Выслушав все это, князь не усомнился даже, что так оно и было, разгневался на своих подданных Мал. Как же легко они к коварной княгине переметнулись, понял, что надо новых, более надежных послов туда отправлять, чтобы и тех вернули назад, и миссию свою исполнили, и наказал он, чтобы княгиню к нему доставили.

Велел он прочитать им грамоту воеводы, и предупредил, чтобы ни на какие уговоры не поддавались, а то худо им станет. Он предупредил, что с женами и детьми сам расправится, если вздумают они против него пойти. Понимали послы, что угрозу свою князь исполнит, потому и настроены были решительно исполнить все, что требуется.

№№№№№№№№

А княгиня в тот же вечер узнала от беса, что задумал теперь князь ее враг вечный.

Поняла, что не успокоится он, пока не уничтожит она его. Но так тому и быть. Она узнала, что не ладье отправились те послы, а по суше двигаться стали, значит, прежняя хитрость бесполезна.

– Не унимается князек, – хихикнул бес, – видно сильно хочет он тебя в жены заполучить, да земли твои к рукам прибрать, а сам мечтает князем Киевским стать. И чем ничтожнее, тем выше он привык метить, окаянный, не подозревает, глупый, как тяжела доля княжеская.

Вздрогнула Ольга, показалось ей, что вести о лютой расправе дошли до Мала, не сунется он больше в град ее. Но не оправдались ее догадки и на этот раз. Нужно было что-то новое придумать, не дает ей передохнуть разбойник проклятый.

Не могла она остановиться, потому как не только за Игоря убиенного мстила, но и за себя, за сына своего, за земли, которые им в наследство достались. Если узнают древляне, что она натворила, то не избежать им битвы страшной.

Она должна была опередить их и бороться дальше. Вспомнились проповеди варяга, но теперь они были почти бесполезны. Но какую ловушку предпринять против новых послов, что делать ей теперь?

Мефи молча усмехался, ему не хотелось все решать за княгиню, он может только помочь ей осуществить то, что она задумала. Потому сообщив обо всем, он решил смыться поскорее —пусть сама думает обо всем.

Тогда она и вызвала Демона, вспомнив старое заклятие.