Волхв, сын Славена. Славянская сага

Многие хотели быть на ее месте, потому она и решила не подавать вида, а жить в свое удовольствие с воином или без него – в том не было большой разницы. Она в княжеском дворце, у нее так много всего еще впереди.

Заснула она на рассвете, решив не грустить, а просто жить и радоваться жизни. Кровать казалась слишком широкой, но в остальном она была такой мягкой и удобной.

Она уже знала, что будет яростно сражаться за свое место в княжеском дворце, она не отступит ни за что на свете.

Что воевода, она за черта рогатого вышла бы замуж, чтобы получить все это, и получит, обязательно получит.

А потом ей снился Соловей, и она вспоминала жаркие ночи, с ним проведенные. Она видела во сне, что он вернулся и снова решил ее похитить из княжеского дворца. Он яростно свистел и кричал:

– Разве здесь твое место, ты должна отправиться со мной, а если останешься, и князь, и Дубыня узнают, кто ты такая, они сами прогонят тебя. И она стала умолять его, чтобы он никому и ничего не рассказывал больше.

Смеялся Соловей и свистел все громче и громче.

Варвара проснулась в слезах и весь день никак не могла забыть этот странный сон. Она удивилась тому, что за это время никто о ней даже и не вспомнил, хотя накануне еще все были так внимательны и ласковы с ней. Но она понимала, что остается только ждать их появления.

Дубыня пришел к ней только вечером, уставившись на нее, мрачно спросил:

– Зачем это ты тут появилась?

– Где же мне еще быть, если сам князь велел мне на пир прийти?

Он не понимал, серьезно ли она говорит или просто над ним издевается.

чувствах.

– Я не хотел на тебе жениться, – только и сказал воин.

– Да и мне этого не особенно хотелось, – отвечала она дерзко, только не могла я князя ослушаться, а ты только со мной храбр, а что ему -то о том не сказал.

Богатырь злился, понимая, что она права.

– Я тебя предупредил, потом на меня не обижайся, – только и сказал он как-то неопределенно.

И кротко взглянула на него в тот момент Варвара. Но он уже знал, как лжива она может быть. Жизнь его все больше осложнялась, и он не чувствовал себя хозяином даже в собственной судьбе.

Угадала ли она его мысли или все знала наперед, как сказать, только пропасть между ними становилась все больше.