Тайна «Лунной сонаты». Пленники любви

И за все эти годы он научился властвовать собой, находить дерзкую радость в своем одиночестве.

Но предчувствия и ожидания его полностью оправдались. Этим вечером Старик был не один. Когда он подошел к окну в зале и тихонько посмотрел в полумрак, откинув легкую штору, его гость сидел у рояля. Он играл что-то до боли знакомое, и играл так великолепно, что невозможно было отвлечься, даже пошевелиться.

Но герцог вдруг понял, что никогда прежде не слышал этой музыки.

– Все правильно, ты не мог этого слышать, – заговорил, не переставая играть, Пианист, когда Старик приблизился к роялю.

– Я – твое второе я, – продолжал Пианист, – может быть та ипостась, о которой ты прежде не подозревал. Но думаю, на закате жизни тебе будет на него любопытно взглянуть.

Произнося эти слова, он подмигнул заговорщицки, и тут же музыка заполняла залу. Что-то таинственное и прекрасное было разлито во всем мире. Какой восхитительной казалась атмосфера летнего вечера. А мир преобразился до неузнаваемости в туманном лунном свете, где царила чудная музыка.

– Мы так и останемся в этом замке вдвоем? – поинтересовался незнакомец, хотя в отличие от герцога, он и сам знал ответ на этот вопрос.

Поэтому он прозвучал в сознании Старика с другой интонацией: « Мы не останемся в этом замке вдвоем».

Слова не всегда значили то, что старался в них вложить говоривший, так было и на этот раз. Беседа обретала какой-то неожиданный смысл, а потому становилась невероятно увлекательной и волнующей.

Она интриговала Старика и позволяла Пианисту продолжить таинственную игру.

Хотя на первый взгляд в словах этих и не заключалось ничего особенного. Но было здесь что-то необъяснимое даже для него. А может, ему просто нравилось мучить и тревожить людей, даже тех, кто ему был симпатичен.

№№№№№№№№

Наконец, Старик не выдержал, резко повернулся к нему и произнес:

– Я все понимаю. Я счастлив оттого, что ты здесь, но скажи мне…

– Чем ты за это заплатишь? – перебил его собеседник, еще раз подчеркивая, что ему известны даже тайные помыслы, – успокойся, мне не нужна твоя душа.

Даже уже отвоеванные прежде девать некуда, иногда дюжину в чистилище выбрасываем, потому что они валом валят, а подземный мир не бесконечен. Старику Данте тогда не удалось запугать их, как выяснилось со временем, многие после его Комедии так и стремились к нам, видно, хотели повторить его хождение по мукам.