Тайна «Лунной сонаты». Пленники любви

Знаю состояние полета,

Торжество над серостью угрюмой,

Помню: нам за дерзость воздается,

Только ты летай, люби, не думай,

Пусть они с земли нас взирают,

С раздраженьем, яростью, усмешкой,

Ведь они, мой ангел, не узнают.

Отойдут от пропасти замешкают.

А любовь рванет в такие дали,

Что уже вовек не дотянуться,

Вот и ходит женщина печальная,

Кто же ей поможет улыбнуться?

Пленники любви, творцы фантазий,

Дерзкие дизайнеры мечты,

Мы в полете, с нами им не сладить,

Нет, мы не боимся высоты.

А когда и сил уже не хватит,

И печаль окажется сильней,

Кто-то в небесах меня подхватит,

И удержит, и шепнет: – Не смей.

И тогда на эту пропасть глядя,

И не видя тех, кто на земле,

Вырвавшись из пустоты и ада,

Ты прильнешь отчаянно ко мне.

Два крыла прекрасно, но четыре,

Это то, о чем они мечтали,

Как же мы влюбленные парили,

В небесах, и устали не знали.

Словно тени – остальные люди.

Я люблю, и значит я парю.

Пленники любви, творцы иллюзий,

Грешники, живущие в раю.

Глава 10 Старый мир

Когда Старик подошел к столу и оглядел его, то заметил книгу, которую он не вносил в комнату. Это было старинное издание, где в довольно интересной форме пересказывались античные мифы. Эту книгу он любил перечитывать в детстве и в юности, когда впервые узнал о поразительной культуре античности. Но как же давно он туда не заглядывал. Но самым удивительным было то, что книга была открыта на определенной странице.

Старик не мог равнодушно отвернуться и не заглядывать туда, любопытство оказалось сильнее, ему хотелось посмотреть, что же такое было написано на этой странице книги.

И он перечитал еще раз хорошо знакомый миф о том, как Гермес усыпал рассказами безглазого Аргуса, который стерег возлюбленную Зевса Ио, обращенную в корову, по приказу его ревнивой жены Геры.

Странная эта история, конечно ни за что бы ему ни вспоминалась среди всего разнообразия этих поразительных мифов. Но что же в ней было такого особенного, и как она может быть связанна с его судьбой, с прошлым его или настоящим.

Почему нынче она лежит перед ним? Ведь вечером, когда он входил в комнату, этой книги не было на этом месте, он хорошо это помнил. И сразу же новые тревоги и новые волнения охватили его душу.

№№№№№№№№№

Старик знал, что Пианиста увидит только вечером, и хорошо, если тот захочет с ним об этом говорить. Да и не хочется показывать, что он ни о чем даже не догадывается.