В некоторой сказке…

– Например? – повертел между пальцами еще одну монету Габриэль.

Хозяин сглотнул, достал из-под бара две кружки, плеснул в каждую кофе, одну протянул гостю.

– Говорят, что война грядет. Большая. И что дракон – это просто чтоб глаза замазать, – блондин кивнул, метнул еще одну деньгу в широкую ладошку. – Дескать, чтоб правители отвлеклись на ящера. И не заметили, что отбиваться уже поздно. Это городские, чарские стражники болтали. Да заезжие, что на княжескую дочку позарились. Многие у нас останавливались позавчера.

Перепились, переругались, передрались, да языки-то распустили.

– А Генриус?

– А что Генриус? Его, небось, попутным ветром занесло сюда, – махнул рукой хозяин. – А вот Анхель этот – странный тип. Вынюхивал что-то, выспрашивал. Про дракона, про принцев. Вот как ты сейчас, – мужик прикусил язык, покраснел. – Ой, прости, мил человек.

– О чем еще говорили? – Габриэль пропустил мимо ушей последнюю реплику.

– О том, о сем. Ничего интересного в основном. Что знал, уже и так рассказал вам, – хозяин допил кофе, сгреб оставшиеся монеты и повернулся спиной к гостю, показывая, что разговор окончен.

– Ты натурой что ли расплачивался? – не удержалась от колкости Сенька, когда Габриэль вынырнул на улицу.

Они с Макаром уже успели запрячь лошадей, навьючить на них поклажу и замерзнуть. Туча выжала из себя последние капли и уплыла в сторону столицы, но густой туман все еще накрывал деревню. Рваными клешнями лез под воротник, норовил ущипнуть за открывшуюся случайно полоску спины, лез в глаза.

– Все готово? В путь? – блондин вскочил на своего жеребца, тронул его пятками.

Есения жестом указала на юг и пропустила вперед себя мужчину. Их маленький отряд вытянулся по утоптанной колее. Тракт встретил их моросящим мелким дождиком. Сенька терпеть не могла такую сопливую погоду. Сразу хотелось закутаться в плед и сопеть как сурок, а не отбивать попу о седло. «Зато всю пыль прибило», – попыталась мыслить позитивно девушка. Вскоре морось прекратилась.

А когда солнечные лучи разогнали последние туманные клочки, взору путешественницы открылись невероятные пейзажи. Изумрудные равнины переходили в густые леса. Совсем близко к тракту шелестели листьями осинки, обнимались веточками березки. То и дело в зеленом лесном подшерстке мелькали крупные красные ягодки. Голову дурманил запах медового разнотравья и свежести пасмурного утра. Девушка не могла надышаться. Такую красоту за свои 20 лет она видела впервые.