Исчезнувшая Хюррем. Жизнь за жизнь

Вначале это была оборонительная позиция. Она только и успевала следить, с какой стороны будет очередной удар. И это научило её наносить удары самой, заблаговременно, не торопясь, и оставаясь при этом в стороне.

Сейчас, оглядываясь назад, она уже понимала, как глупо вела себя поначалу, но не было с ней рядом мудрого учителя, лишь время и собственный горький опыт. Тогда, много лет назад, ей на помощь пришла сама хазнедар султанского гарема, отправив надежного человека с отрядом встать на защиту любимой наложницы падишаха.

Примчался Сулейман, искал ее по всему лесу, и нашел ведь, когда уже все думали, что она пропала бесследно. Но кто сейчас спасет ее?

Карета остановилась, и послышался голос предводителя:

– Мы прибыли!

5

Их вывели из кареты с завязанными глазами, как обычно. Освободили от повязки, когда они оказались во дворе, окруженном заросшим садом. Перед ними была дверь внушительного размера в дом, а скорее даже в крепость. Строение было огромным и производило странное смешанное впечатление.

Стены, высокие, выложенные из белого камня, местами заросли дикорастущим виноградом вперемежку с вьющимися розами и разноцветными пышными бугенвиллиями. Было ощущение, что этот дом и сад плавно переходят один в другой. Настолько сильно здесь все заросло.

Весь багаж султанши уже стоял рядом, а разноцветная кошка выглядывала из самого большого баула, разлегшись внутри на шелковых лентах. Судя по растрепанному виду огромного тюка можно было предположить, что он уже не раз служил опочивальней для наглой пушистой девицы.

Мерием давно заподозрила ее в присвоении бесценных шелковых тканей из Бурсы и нежнейших кружев, доставленных для хасеки из французских монастырей. Во время ночлега в дорожном шатре, что собирали для них воины, кошка всегда сопровождала их, а потом исчезала.

– Моя госпожа, клянусь Аллахом, она спит в нашей карете, – уверяла Мерьем безучастную ко всему Хюррем.

– Что ж с того… А возможно, что она охотится в лесу, – ответствовала султанша, желая немного отвлечься от мрачных мыслей.

– Моя добрейшая госпожа, – у нее слишком холеный и изнеженный вид. Да и хитра она не в меру. Уже в первую-то встречу у фонтана проявила свои порочные наклонности. И откуда только появилась она, значит, успела там же и залезть к нам багаж. Ах, шелка, ах, кружева, никакой добродетели и уважения с ее стороны!

– То исчезает, то появляется, бродит сама по себе. Такая свободная и таинственная… Пусть у нее будет имя. Гизем – тайна. Назову ее Гизем.