Конец браку и самообману

– Лучше тебе не знать.

Ноги с начинающимся варикозом встали в ботильоны, руки со свежим французским маникюром схватили чемодан, сумку и переноску.

– Прощения можешь не просить. Не трать ни своё, ни моё время.

Дверь громко открылась и ещё более громко закрылась. Прозвучавший удар ярко продемонстрировал степень озлобленности Рины на мужа. Лифт пришлось ждать долго. Одной кабины на 25 этажей явно было мало. Появилась возможность выдохнуть и подумать. Подумать, что теперь вообще делать. Куда ехать?

Рина достала телефон.

Разблокировываться он не хотел. Не узнавал лицо. Конечно, глаза красные, макияж расплывшийся. Создавалось впечатление, что Рина постарела за этот час на 10 лет. Выбились в первые ряды морщины на лбу, веки скукожились и стали походить на две пары ягод чернослива, носогубный треугольник глубоко впечатался в лицо. Кожа шеи потеряла упругость и повисла, как слюна из пасти бульдога. Вместо румянца – бледность и серость с примесью зелёного.

Ужасно. Просто ужасно.

Рина включила телефон, введя пин-код.

Она открыла контакты и набрала Иру Курьянову. Послышались гудки. Вот и лифт. Связь сейчас оборвётся. Рина решает дозваниваться до победного. Она заносит вещи, дверцы закрываются. Двадцать четвёртый, двадцать третий, двадцать второй…

– Алло, – послышался из телефона тонкий голос.

– Алло, Ир, привет. Ты как? – изображать нормальный голос было очень трудно, но Рина старалась.

– Да нормально, обживаемся на новом месте, спина так болит, и мигрень замучила, очень устала.

– Вы уже переехали?

В ответ тишина. Связь пропала.

Лифт остановился на девятом этаже. Рина сделала намерение, чтобы выйти, взяла сумки, шагнула вперёд, но тут перед ней оказались двое парней, одетых с ног до головы в чёрное. У одного над бровью красовалось тату. Разобрать надпись мог только уроженец Китая. И то не факт. Какие-то иероглифы.

Рина взглянула на табло, убедилась, что выходить ещё рано, попятилась назад, впустив незнакомцев. Лифт поехал. Пара мгновений – и наконец можно было выходить.

Рина снова набрала телефон Иры.

– Алло.

– Алло, в лифте была. Так вы уже переехали?

– Да, неделю назад, до сих пор вещи разбираем, они не кончаются.

– Понятно. Да я так просто… Просто хотела узнать, как дела.

Из динамика полился плач ребёнка.

– Дела плохо. Вчера Никита чуть не… Нельзя брать ноутбук Данила, сказала же!

– Ладно, Ир, не буду отвлекать, давай, не вешай голову и спину, вы же столько мечтали о доме. Очень за вас рада.