Фантазии поры отрочества

Дыхание роженицы, без того быстрое, участилось, и, вдруг, детский крик пронзил окружающую местность и воздух, окутал всё вокруг, что даже птицы вспорхнули с деревьев. Казалось, что крику не будет конца, но вот он на секунду прекратился, чтобы зазвучать ещё громче. Но в унисон крику, произведённому новорождёнными голосовыми связками, зазвучали басистые голоса мужчин и старческие голоса старейшин.

Курт прыгал и орал, да-да, именно орал от радости. Он побежал в соседнюю комнату посмотреть на ребёнка и узнать его пол.

– Кто?! Кто?! – еле переводя дух, спрашивал у повитухи вождь.

– Мальчик… – ответила повитуха

– Мальчик!!! – возвестил на всю деревню громогласный рёв Курта. – Мальчик!!!

Его жена Дайта умиротворённо лежала, уставшая после родов, и прижимала к себе прекрасное розовое создание. Она протянула его отцу. Курт, не теряя времени, бережно взял сына и побежал на крышу дома. На улице собралась вся деревня: здоровые и больные, старые и молодые, женщины и дети.

– Наконец родился сын, мой сын! – ликовал вождь.

 – Это дар предков. Спасибо вам, о величайшие Аркол и Аскол. Сегодня мы устроим пиршество и принесём жертву духам. Мы не оставим рождение вождя без внимания! Пусть его имя будет Кагор! Все знают, что это означает «воин» на языке древних. И я уверен, Кагор не зачернит своего имени. Да здравствует Кагор!!! – заорал Курт и вытянул на руках наследника и, разговаривая с ним, показывал сыну все его будущие владения.

Кагор смотрел на всё ещё не понимающими серыми глазами.

– Да здравствует Кагор!!! – ревела толпа.

Старейшины, шепчась, одобряли имя новорождённого. И все существа планеты заметили, как улыбнулось солнце, гладя своими лучами будущего вождя. Так ознаменовалось начало новой жизни.

ГлаваII

Ребёнок безмятежно спал, инстинктивно посасывая прекрасную и набухшую от молока грудь матери. Дайта улыбалась, глядя на радостное по-детски лицо мужа. Косматый, с чёрной, как у льва, гривой, огромный, как медведь, атлетически сложенный вождь в битве одним своим видом заставлял стыть кровь в жилах противника.

Но сейчас, смотря на часть самого себя, он был безгранично счастлив и мил. Курту казалось, что он так мог сидеть вечно, любуясь женой и сыном. Все распоряжения по поводу пира были давно отданы, гонцы посланы в дружественное братское племя, чтобы пригласить его на праздник. Сейчас даже землетрясение не смогло бы оторвать взгляд властелина от жены и ребёнка.